На других сайтах

Новые фотографии



На южных рубежах

       В 1974 году, после окончания Новосибирского высшего военно-политического общевойскового училища, нас, пятеро выпускников прибыло для прохождения дальнейшей службы в Ошский гарнизон, г. Ош.  Трое – лейтенанты Белашов Н., Башенов С., Ткаченко Н. были назначены в 860 отдельный мотострелковый Псковский Краснознаменный полк, Гаврилов В., Ледовских В. -  в 111 гвардейский парашютно-десантный полк.  НВВПОУ готовило кадры и для воздушно-десантных войск.

       Именно в г. Ош, в войсковой части 77701 (860 омсп) началось наше становление как офицеров Советской Армии. Здесь мы служили, дружили, выполняли боевые задачи по обеспечению безопасности южных рубежей Родины. Прошло много времени, многое в памяти забылось, но никогда мы не забудем наш полк, наши «Три семерки», нашу дружбу и боевое братство, Памир, который закалил нас.

       В данном развернутом разделе, предпринята попытка обобщить и систематизировать большой объем материала, показать наш полк на фоне Отечественной и Мировой истории, как бы это пафосно не казалось. Поэтому, в данном материале три подраздела:

       1.Из военной истории города Ош.

      2.Боевое братство.

     3.Испытание Памиром.

       Оговорюсь сразу, что советский период г. Ош не показываю, он сознательно мною упущен, так как о нем публикаций в печати явно достаточно.

       Раздел назван «На южных рубежах» потому, что вместе с нами выполняли боевые задачи десантники, пограничники, мы стояли плечом к плечу, в едином боевом строю. Данный расширенный вариант предназначен для книги, которую мы все равно напишем. Одновременно, все другие разделы Памирского марша будут на фоне Мировой и Отечественной истории, ибо таких маршей, какой совершил в декабре 1979 года 860 отдельный мотострелковый Псковский Краснознаменный полк, не совершала еще ни одна армия мира, он совершен впервые в истории войн и военного искусства.

1. Из военной истории города Ош

       Город Ош – второй по величине город в Кыргызстане, один из самых древних городов Средней Азии. Точной даты его возникновения нет, хотя археологические находки ведут в трехтысячелетнюю  давность. 

Вид на город Ош из Сулейман - горы.

       Исторические легенды образования города связывают его с именами древне- израильского царя Соломона (Сулеймана) и греческого правителя Александра Великого (Македонского). Впервые Ош упоминается в арабских источниках IХ века

       Главная достопримечательность города - гора Тахти-Сулейман («Трон Соломона»), которая с древности считается одной из самых важных святынь местных мусульман - второй Меккой. В ХVI веке, основатель империи Великих Моголов – шах Бобур, построил на этой горе мечеть, которая за давностью лет не сохранилась.

Сулайман -Тоо.  Город Ош. 1928 год.

       На южном склоне Сулейман-горы обнаружены древние земледельческие поселения эпохи бронзы. Именно с ними связывают возникновение города. Ош был крупным торговым центром на Великом шелковом пути, связывавшем Средиземноморье и Ближний Восток с Памиром, Тибетом, Китаем и Индией. Не случайно, Ош звали жемчужиной Киргизии,  воротами на Памир и Тянь Шань. В г. Ош пересекались дороги Великого шелкового пути, город считался безопасным торговым местом, где встречались купцы многих стран со своими товарами. Город всегда был многонациональным. Именно здесь останавливались караваны с выжившими верблюдами после прохождения перевалов Памира и Центрального Тянь Шаня.

       В 1875 году, на территории современной Киргизии, вспыхнуло восстание под руководством кипчака Абдурахмана – Автобачи (автобачи – придворный титул в ханстве), ярого противника перехода Коканда под власть России (город Ош входил в Кокандское ханство). Русским был объявлен газават («священная война»). Были разгромлены небольшие гарнизоны русских войск, убиты русские чиновники. 29 августа отряд Кауфмана занял Коканд, 8 сентября был занят Маргелан, Абдурахман-Автобачи отступал, затем с небольшим количеством своих сподвижников укрылся в горах.  В погоню за ним отправился отряд генерала Скобелева М.Д.

       10 сентября 1875 года в город Ош вступил отряд солдат и казаков русских войск под командованием генерал-майора Скобелева М.Д., на смену которым позднее придет    4-й Туркестанский линейный батальон. Так что русская армия в г. Ош появилась 10 сентября 1875 года, и первым в г. Ош из военных вошел генерал-майор Скобелев М.Д., впоследствии, прославленный военный полководец России.

       В 1876 году после завоевания Кокандского ханства и преобразования его в Ферганскую область, отряд генерал-майора Михаила Скобелева поднялся на памирское нагорье. Отныне Памир до его южной границы – хребта Гиндукуш был присоединен к России. Согласно анло-русским соглашениям 1872-1873 годов, Памир признавался сферой влияния России. 

       Вхождение в состав России юга Киргизии в результате Алайского похода генерал-майора Михаила Скобелева в 1876 году, преодолевшего с войсками горные переходы Памира, сильно изменило облик этой отсталой окраины. Именно русские войска принесли все новое и прогрессивное, в результате чего менялся не только быт, но и сознание людей. Извиняюсь, что пишу русская армия – так, как она называлась, хотя в ней служили люди различных вероисповеданий, которые внесли весомый вклад в развитие и укрепление российского государства,  в котором проживали люди различных национальностей.

Генерал от инфантерии Скобелев Михаил Дмитриевич.

Биографическая справка

       Михаил Дмитриевич Скобелев (1843—1882) — выдающийся русский военачальник и стратег, генерал от инфантерии (1881). Участник Среднеазиатских завоеваний Российской империи и Русско-турецкой войны 1877—1878 годов, освободитель Болгарии. В историю вошёл с прозванием «белый генерал» (турецкое Ак-Паша), что всегда ассоциируется в первую очередь именно с ним, и не только потому, что в сражениях он участвовал в белом мундире и на белом коне. Родился в Петербурге 17 сентября 1843 года.

       Осенью 1866 года поступил в Николаевскую академию генерального штаба, по предметам военного искусства Скобелев был вторым, а по военной истории первым во всём выпуске, а также был в числе первых по иностранным и русскому языку, по политической истории и по многим другим предметам.

       В виду ходатайства командующего войсками Туркестанского военного округа генерал-адъютанта фон Кауфмана I-го, Михаил Дмитриевич Скобелев, произведён в штабс-ротмистры и в ноябре 1868 года был назначен в Туркестанский округ. 

       … В апреле 1875 года Скобелев вернулся в Ташкент и был назначен начальником военной части российского посольства, отправляемого в Кашгар (военная разведка).  

       19 февраля 1876 г. Кокандское ханство было присоединено к Российской империи и образована Ферганская область, а 2 марта Скобелев был назначен военным губернатором этой области и командующим войсками. 

        В 1877 году Скобелев отправился в действующую армию, чтобы принять личное участие в Русско-турецкой войне. Скобелев явился на балканский театр военных действий очень молодым и полуопальным генералом. Скобелев показал выдающиеся образцы военного искусства и заботу о подчинённых, а также проявил себя хорошим военным администратором.

       Временами Скобелев ездил в свои имения, главным образом в село Спасское Рязанской губернии. Скобелев не был счастлив в личной жизни. Он был женат на княжне Марии Николаевне Гагариной. Супруги вскоре разошлись, а затем и развелись.

       Скобелев особое внимание уделял возможному приближению войны с Германией и Австро-Венгрией. Он не мог не заметить, что в австрийской литературе появилось новое направление, призывающее парализовать влияние России на Балканах и подчинить их себе. 

       Получив месячный отпуск 22 июня (4 июля) 1882 года, М. Д. Скобелев выехал из Минска, где стоял штаб 4-го корпуса, в Москву. По приезде в Москву Скобелев встретился с князем Д. Д. Оболенским, по словам которого генерал был не в духе, не отвечал на вопросы, а если и отвечал, то как-то отрывисто. По всему видно, что он чем-то встревожен. 24 июня Скобелев пришел к И. С. Аксакову, принес связку каких-то документов и попросил сохранить их, сказав: «Боюсь, что у меня их украдут. С некоторых пор я стал подозрительным».

       На другой день состоялся обед, устроенный бароном Розеном в честь получения очередной награды. После обеда вечером М. Д. Скобелев отправился в гостиницу «Англия», которая находилась на углу Столешникова переулка и Петровки. Здесь жили девицы легкого поведения, в том числе и Шарлотта Альтенроз (по другим сведениям ее звали Элеонора, Ванда, Роза). Эта кокетка неизвестной национальности, приехавшая вроде бы из Австро-Венгрии и говорившая по-немецки, занимала в нижнем этаже роскошный номер и была известна всей кутящей Москве.

       Поздно ночью Шарлотта прибежала к дворнику и сказала, что у нее в номере скоропостижно умер офицер. В покойном сразу опознали Скобелева. Прибывшая полиция ликвидировала панику среди жильцов, переправив тело Скобелева в гостиницу «Дюссо», в которой он остановился.

       Большинство склонялось к версии, что «Скобелев был убит», что «белый генерал» пал жертвой германской ненависти. Присутствие при его смерти «немки» придавало этим слухам, казалось, большую достоверность. «Замечательно, — отмечал современник, — что и в интеллигентных кругах держалось такое же мнение. Здесь оно выражалось даже более определенно: назывались лица, которые могли участвовать в этом преступлении, направленном будто бы Бисмарком. Этим же сообщением Бисмарку приписывалась пропажа плана войны с немцами, разработанного Скобелевым и выкраденного тотчас после смерти М. Д. Скобелева из его имения».

       Эту версию поддерживали и некоторые представители официальных кругов. Один из вдохновителей реакции князь Н. Мещерский в 1887 году писал Победоносцеву: «Со дня на день Германия могла наброситься на Францию, раздавить ее. Но вдруг благодаря смелому шагу Скобелева сказалась впервые общность интересов Франции и России, неожиданно для всех и к ужасу Бисмарка. Ни Россия, ни Франция не были уже изолированы. Скобелев пал жертвою своих убеждений, и русские люди в этом не сомневаются. Пали еще многие, но дело было сделано».

       В романе Бориса Акунина «Смерть Ахиллеса» сюжет основан на загадке смерти Скобелева (называемого в романе Соболевым).

       Скобелев был похоронен в своём родовом имении, селе Спасском-Заборовском Раненбургского уезда Рязанской губернии (в настоящее время — с. Заборово Новодеревенского района Рязанской области), рядом с родителями, где ещё при жизни, предчувствуя кончину, приготовил место.

       Интересные факты: знал 8 иностранных языков, на французском говорил, как на родном. Награжден 10-ю орденами, из них, тремя иностранными, а также золотой саблей «За храбрость»,  золотой шпагой «За храбрость» с алмазами, золотой шпагой «За храбрость» с алмазами за переход через Балканы.

 Источник: http://ru.wikipedia.org/wiki                                                                                                   

       Генералу Скобелеву М.Д. было только 38 лет, в этом возрасте был генералом от инфантерии (звание выше генерал-лейтенанта, ниже генерал-полковника, инфантерия пехота – генерал пехоты, как правило, командир корпуса). Его прочили в военные министры.  Кстати, в боях Скобелев М.Д. не проиграл ни одного сражения! 

       Дав предельно сокращенную справку о выдающемся белом генерале, прошу обратить внимание на фразу из письма князя Н. Мещерского, который писал в 1887 году Победоносцеву: «Со дня на день Германия могла наброситься на Францию, раздавить ее. Но вдруг благодаря смелому шагу Скобелева сказалась впервые общность интересов Франции и России, неожиданно для всех и к ужасу Бисмарка.  Ни Россия, ни Франция не были уже изолированы». 

       На мой взгляд, именно общность интересов Франции и России послужила причиной смерти в свое время Павла I, начнется «Большая игра» за Центральную Азию, борьба, прежде всего, между Англией и Россией, эта общность - причина смерти генерала Скобелева М.Д, а в последующем и во многом непонятной смерти русского императора Александра III.  Императоры и великие полководцы в расцвете сил просто так не умирают.

       С приходом русской армии в 1876 году, начал строиться новый город Ош, как уездный центр Ферганской области. Из войсковых частей в г. Ош дислоцировался 4-й Туркестанский линейный батальон, состоящий из четырех рот, подразделений обеспечения, штаба, батальон имел Боевое Георгиевское Знамя.

       Административное управление в г. Ош возлагалось на начальника уезда, назначаемого из числа офицеров русской армии в воинском звании подполковник – полковник, но, были и исключения. Первым начальником Ошского уезда стал капитан    Михаил Ефремович Ионов, правивший в 1876-1888 гг., впоследствии – прославленный командир Памирского отряда, генерал от инфантерии. Штабс-капитан Сергей Андреевич Топорнин – командир 4-го Туркестанского линейного батальона, дислоцировавшего в городе Ош с 1876 года,  стал первым начальником Ошского военного гарнизона.

 

Генерал от инфантерии Ионов Михаил Ефремович.

Биографическая справка

       Михаил Ефремович Ионов (1846—?) — русский генерал от инфантерии, участник Туркестанских походов, наказной атаман Семиреченского казачьего войска.

       Воспитанник Орловского Бахтина кадетского корпуса и 2-го военного Константиновского училища, из которого в 1866 г. был произведён в подпоручики в Оренбургский (впоследствии 1-й Туркестанский) стрелковый батальон; в составе батальона в 1867—1868 гг. участвовал в покорении Бухары, награждён чином поручика, орденами св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом, св. Анны 3-й степени с мечами и бантом, св. Станислава 2-й степени с мечами. В составе Джизакской колонны Туркестанского отряда в 1873 г. совершил поход в Хиву, отличился при у Шейх-Арыкской переправы, произведён в капитаны и награждён орденом св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом. Когда в 1875 г. в Коканде вспыхнуло восстание, стрелковая рота Ионова вошла в состав главных сил генерала Кауфмана. За Махрамское сражение Ионов получил чин майора и орден св. Анны 2-й степени с мечами; за бой на Балыкчанских завалах награждён золотым оружием с надписью «за храбрость»; и, наконец, за первый штурм Андижана (1 октября 1875 г.) Ионов 29 декабря 1876 г. был удостоен ордена св. Георгия 4-й степени.

       В 1891 г. Ионов командирован с охотничьими командами Туркестанских линейных батальонов и казаков на Алай и Памир, с целью очистить от афганских и китайских постов территории бывшего Кокандского ханства. В состав отряда входили подполковник Громбчевский и топограф Бендерский, занимавшиеся научными исследованиями и картографированием. Решительные действия на Памире Ионова, вызвали большой международный резонанс: были арестованы британские агенты Дэвисон и Янгхасбенд, китайский пограничный чиновник Чань выдворен за Сарыкольский хребет в Кашгар. 

       В 1893 г. Ионов назначен начальником Алайского резерва и войск, расположенных за Алаем и на Памирах; в 1894 г. был произведён в генерал-майоры и назначен начальником 4-й Туркестанской линейной бригады; в 1898 г. — командирован в Ферганскую область для командования войсками, собранными там по случаю андижанских беспорядков; в 1900 г. состоял начальником Джаркентского отряда, сформированного на случай предполагаемых из-за Боксёрского восстания в Китае военных действий в Кульдже; с 1899 г. до отставки в 1907 г. состоял губернатором Семиреченской области, командующим в ней войсками и наказным атаманом Семиреченского казачьего войска. Его сыновья — Александр Михайлович (был видным деятелем Белого движения и РОВСа) и Владимир Михайлович (артиллерийский офицер, участник Первой Мировой и Гражданской войн, служил в РККА, скончался в 1946 г.). 

       Дата смерти точно неизвестна, последнее достоверное упоминание об М. Е. Ионове относится к 1919 году (им было написано воззвание к войскам Колчака), по непроверенным данным в начале 1920-х гг. был убит под Кульджой в бою с отрядами Красной армии, преследовавшими остатки разбитых под Джаркентом белогвардейцев Анненкова. По другим данным, принял революцию, умер в 1923 г. Последние годы жизни преподавал в одном из пехотных училищ Красной Армии.                                                                                                                                                                                                                                                                                (Материал из Википедии — свободной энциклопедии)

        В дальнейшем начальниками Ошского уезда были: подполковник А.Н. Дейбнер (1889 – 1892), на смену которому пришел известный разведчик Генерального штаба, исследователь Памира подполковник Б.Л. Громбчевский (1893-1895 гг.), впоследствии генерал-майор. В 1895 – 1906 гг. уездом управлял полковник В. Н. Зайцев, затем полковник А.А. Алексеев (1906 – 1915), которого сменил подполковник Н. Городвинский.  Последним начальником Ошского уезда стал полковник В.В. Бржезицкий в 1917 году.

Историческая справка

       Батальоны, служившие на "линии" (пограничье – на границе), назывались линейными, свое начало ведут с 1804 года. В состав образованного в 1867 году Туркестанского военного округа вошли 9 Оренбургских и 33 Сибирских линейных батальонов, командовали которыми по статусу полковники. Организационной структуры полк - дивизия они не имели, сводились в бригады. 

       4-й Туркестанский  линейный батальон был переименован 14 июля 1867 года из Оренбургского линейного № 4-го батальона. Батальон имел Георгиевское знамя образца 1857 года, пожалованное 19 февраля 1867 года, с надписью «За штурм г. Ташкента 15 и 16-го июня 1865 года». Весь личный состав батальона на головных уборах носил знак с надписью – «За отличие в 1853 и 1864 годах». На древке Боевого Знамени была установлена скоба с надписями: «1771 - Звериноголовский Пограничный Гарнизонный батальон. 1867 – Оренбургскому Линейному № 4 батальону «За штурм г. Ташкента 15 и 16 июня 1865 года. 1867 – 4-го Туркестанского Линейного батальона».

       31 августа 1871 г. в честь 100-летнего юбилея, батальону пожаловано Юбилейное Георгиевское знамя со светло-синим крестом, Александровской Юбилейной лентой. 

       В 1876 году 4-й Туркестанский линейный батальон передислоцирован  в г. Ош (Туркестанский военный округ). В ноябре 1884 года батальон вошел в состав вновь образованной 3-й Туркестанской линейной бригады, а затем 14 июня 1896 года переводится в состав 4-й Туркестанской линейной бригады. С 11 августа 1896 года  батальон вводится в состав 3-й Туркестанской отдельной линейной бригады,  которая  в июне 1899 года вошла в состав 1-го Туркестанского армейского корпуса.   27 июня 1900 года 4-й Туркестанский Линейный батальон был переименован в 10-й Туркестанский стрелковый батальон.

       860-й отдельный мотострелковый Псковский Краснознаменный полк, аналогично линейным батальонам, был полком прикрытия государственной границы СССР на памирском направлении. Поэтому, подразделения полка регулярно выезжали на Памир для прикрытия государственной границы СССР. Точно также в свое время на боевое дежурство, на Памир, в качестве сменного Памирского отряда, выходили роты 4-го Туркестанского линейного батальона, они внесли большой вклад в становление пограничной охраны, но, пограничными они не были, батальон относился к образованному в 1867 году Туркестанскому военному округу.  Батальоны, не находящиеся в приграничье, линейными не были, имели, например наименование 2-й Туркестанский стрелковый батальон, 1-я Туркестанская артиллерийская бригада,  3-я Оренбургская сотня (кавалерия) и др. 

       Служба в Туркестанском военном округе всегда была крайне тяжелой, опасной. Солдаты вынуждены были носить красные кожаные штаны, чтобы обезопасить себя от укусов скорпионов. Именно в Туркестанском военном округе впервые в армии была введена гимнастерка: на русскую полотняную косоворотку, выдававшуюся солдатам для гимнастических занятий, прикрепили погоны и разрешили ее носить вместе с поясной и плечевой портупеей в строю и вне строя. Той же цели - защите от палящего солнца - служила шапка с белым чехлом и полотняным назатыльником. 

 

Полковник Зайцев Василий Николаевич.

       Поручиком 4-го Туркестанского линейного батальона В.Н. Зайцевым (в некоторых источниках – Зайцов), была написана и издана в 1882 книга «История 4-го Туркестанского линейного батальона».

       Уроженец Перми, Василий Николаевич Зайцев (1851-1931 гг.) прослужил в Туркестане более 30 лет. Службу начал в 4-м Туркестанском линейном батальоне, который с 1876 года дислоцировался в г. Ош. Именно 1-я рота батальона наряду с другими подразделениями вошла в состав военно-научной экспедиции, которую возглавил генерал Скобелев М. Д. при совершении Алайского похода в 1876 году из г. Ош. Весной 1893 года был назначен начальником сменного Памирского отряда. Под руководством капитана Зайцева В.Н. и военного инженера А.Г. Серебрянникова было воздвигнуто постоянное Памирское  укрепление, в дальнейшем получившее название Мургаб. С весны 1895 и вплоть до выхода на пенсию в 1906 году служил начальником Ошского уезда, полковник русской армии.

        Город Ош начинался с палаток, примитивных бараков, которые возводили для себя солдаты и офицеры 4-го Туркестанского линейного батальона.  Лагерь русских войск был разбит в долинной части левобережья Ак-Буры, в двух верстах выше старого города Ош.

       В 1876 году, с приходом русских войск в г. Ош,  начались переговоры военного командования и местных казиев и мулл о выкупе земли по действующим  в Кокандском ханстве ценам. Специально созданной военной комиссией было установлено, что для будущего города необходимо выкупить около 16 тысяч десятин земли стоимостью 17279 рублей золотом, деньги по тем временам очень большие. Но Туркестанское генерал-губернаторство деньги выделило, они были уплачены землевладельцам. Это не присоединенные силой оружия земли, а выкуп, за который были заплачены деньги, более того, на  этих землях жилых построек не было.

       На выкупленной земле предусматривалось строительство военного городка, лазарета и летнего военного лагеря. Остальная часть земли отводилась на строительство административных, торговых, культурно-бытовых зданий и для застройки горожан. 

       Трудно представить, какие трудности стояли перед молодыми, энергичными капитанами русской армии Ионовым М.Е. и Топорниным С.А., связанные со строительством нового города Ош. Ведь до наступления зимы требовалось возвести казарму, столовую, пекарню, конюшню, склады, лазарет, гауптвахту и многие другие хозяйственные постройки. По  Генеральному плану, новый город Ош должен был развиваться вокруг двух улиц, названных в честь первых военных губернаторов Ферганской области – генералов Скобелева и Абрамова.  Кстати, улица Ленина, на которой находился штаб войсковой части 77701 и 2-й военный городок, раньше носила название – улица генерала Скобелева.  Эти центральные пересекались поперечными улицами, образуя кварталы, в которых располагались различные ведомства. Новый Ош – это самый центр современного города, простирался до Акбуринского моста, рядом с которым на возвышенности находился дом Топорнина С.А., в советское время там располагался ДОСААФ. 

       В г. Ош была построена первая в Ферганской области православная церковь, которая была  посвящена  Архангелу Михаилу, небесному заступнику православного воинства. Заложенная в 1877 году в центре русской части города на частные пожертвования, церковь была небольшой и предназначалась для солдат и офицеров 4-го Туркестанского линейного батальона и штатских православных горожан.

       В 1904 году принято было решение о строительстве типовой военной церкви вместимостью 700 человек, проект был одобрен русским Императором Николаем II. Военные храмы строились исключительно на государственные деньги. Строительство церкви было завершено в 1910 году, 2 ноября храм был освящен в честь Архангела Михаила.

       Уже в начале ХХ века в новом городе было порядка 150 домов и более 1200 русских жителей, в старом соответственно  6300 и около 46 тыс. местных жителей. В новом городе строились почта, казначейство, административные здания, жилые дома для чиновников, госпиталь. Кстати, первый парк в г. Ош, где мы так любили отдыхать, был заложен известным «Белым генералом» – генерал-майором Скобелевым М.Д. и по праву носил его имя. Новый город Ош был  построен русской армией, военными, как бы это не звучало парадоксально.

       В г. Ош стремительно стала развиваться торговля. Возникает вопрос – почему?  Дело в том, что Средняя Азия – это также и хлопок, а хлопок – это порох, без него армия обойтись не может. Хлопок, как и порох,  Россия в основном закупала из-за границы, теперь его можно закупать в Средней Азии и самой производить порох, строить пороховые заводы, кроме этого, налаживать производство обмундирования для армии.  Из России пошли фабрично-заводские товары в обмен на сельхозпродукцию. Уже в начале века на Ошском базаре имелось порядка 1300 торговых помещений (кстати, базар строился под руководством начальника  уезда майора Ионова М.Е.).  

       Сюда стекалась продукция из узбекских городов – Андижана, Ферганы, и многих других, а также из Китая, Индии, Афганистана, ведь для торговли препятствий нет, главное, чтобы была выгода,  и не было войны. Правда, и на войне наживаются, но, только отдельные торговцы.

       Развитие торговли способствовало расширению экономических и культурных связей  с соседними областями Средней Азии, увеличению ассортимента продаваемых товаров.

       В 1889 году под руководством подполковника Генерального штаба, действительного члена Императорского русского географического общества Новицкого В.Ф.  была проведена  экспедиция   по изучению некоторых местностей Центральной Азии и особенно караванных путей из Индии через Памир в г. Ош. Экспедиция носила разведывательный характер.

       В конце XIX – начале  XX века в Оше стали прокладываться колесные дороги (тракты), улучшаться проселочные. Русскими саперами возводилась даже дорога вдоль реки Пяндж, в Хороге, который входил в состав Ошского уезда, Ферганской области. Через Ош проходили многие дороги, но главной была – Ош – Памир (Хорог). Особое место в истории г. Ош оставил о себе Федор Семернин – первостроитель самой протяженной высокогорной автотрассы Ош – Хорог. 

       В 1914 году в городе функционировали пивзавод, две вальцовые мельницы, два кожевенных, два хлопкоочистительных завода и другие предприятия. Целый ряд российских фирм монополизировали в Оше скупку хлопка, его первичную переработку и вывоз для промышленных районов России. В руках российского и местного купечества сосредоточивалась продажа ликероводочных изделий, что обеспечивало приток капитала в казну. Силами передовой интеллигенции 1 июля 1878 года были открыты приходское училище, а в 1896 году – русско-туземная школа, директором которой был назначен полковник Федор Баранов по рекомендации Константина Кауфмана. 

 

Генерал - адьютант  фон Кауфман Константин

       Первым лечебным учреждением стал Ошский военный госпиталь, который оказывал помощь и местному населению, а также использовался для стационарного лечения военнослужащих. Почти одновременно была открыта туземная больница, а чуть позднее – городская для всего населения. Русские врачи вели борьбу с оспой и проказой. В городе была организована ветслужба, метеостанция.

       Что интересно, и новый, и старый город жили одной жизнью, разделение было чисто условное, возникло по местам построек. В старом городе на местном базаре всегда было полно русских, там же были и лавки русских купцов. В новом городе – на базаре торговали местные жители, пекли лепешки, которые полюбили русские.

Ошский рынок. Фото К.Г. Маннергейма. 1906 г.

       Ош всегда был мирным и многонациональным городом, никаких противоречий между киргизами, узбеками, русскими, таджиками и другими национальностями не было. Русские же люди, прожив в Средней Азии, становились совсем другими, особенными, чем они отличались от других россиян своей добротой, прямодушием, готовностью оказать помощь, открытостью. Местные жители всегда с особым уважением и почтением относились к православным, особенно к солдатам. А присутствие в г. Ош солдат русской армии всегда вселяло уверенность в надежной защите южных рубежей, спокойной жизни для мирного населения.  

       Средняя Азия всегда славилась своими базарами, рынком. Особенно красочное зрелище представляют базары летом, глаза разбегаются от изобилия фруктов и овощей. Самый знаменитый по всей Киргизии Ошский базар отстраивался у реки Акбура на протяжении более чем 2000 лет. 

       На прилавках базара -  горы янтарного абрикоса, орехи грецкие, земляные, фисташковые, кишмиш, инжир.  Щедрая земля юга одаривает людей своим богатством, вознаграждая за труд. Сушеный абрикос - курага - славится своими лечебными свойствами, фисташки и миндаль - главное угощение на Востоке. 

       Узгенский, красный рис, давно полюбился в Средней Азии, больше такого нигде нет, с удовольствием его покупают и за рубежом, он идет на экспорт в основном в Китай.  Гурманы предпочитают плов именно из этого риса. Волшебный гранат с рубиновыми зернами, сладкий и очень полезный плод. Поджаренные зерна земляного ореха - любимое лакомство детей и взрослых. 

       А дыни и арбузы, прохладные, сочные, с сахарной мякотью утоляют жажду, полезны для здоровья. Очень вкусен арбуз с горячей, ароматной лепешкой из тандыра. Изумрудная зелень укропа, петрушки, лука, кинзы  красиво сочетается на прилавках с белоснежными головками чеснока, маня своей свежестью. А грозди винограда, яблоки, сливы, садовая земляника, алыча - щедрые дары лета, это целые кладовые витаминов.  

       Возможно, эти строки напомнят многим из нас годы нашей молодости, наши три семерки, город, базар, ведь ностальгия по прошлому осталась  по сей день. И не случайно, что именно там, в далеком ныне Оше, мы привыкли к рынку, а в воскресенье день начинался с базара, куда шли семьями. Часто на базаре можно было видеть обедающих военнослужащих – десантников, пограничников, мотострелков, зенитчиков...  Отношение к нам всегда было доброжелательным, уважительным, людей в погонах просто любили. 

       Приведу воспоминания офицера-пограничника 131 Ошского погранотряда  Полищук Н.: «Город Ош представлял собой огромную перевалочную базу. Через него шла основная часть грузов для Восточного и Западного Памира. Отсюда стартовали многочисленные геолого - и альпинистские экспедиции. Через город протекает знаменитая река Акбура – дарящая такую необходимую знойным летом прохладу.

 

       Особая тема – ошский базар. Он располагался вблизи горы Сулейманки и поражал воображение не только своими размерами, а и большим наличием и разнообразием на нём изделий местных умельцев, но особенно изобилием овощей и фруктов на прилавках, да по смешным ценам: урюк - 18 коп./кг; помидоры -13 коп; огурцы - 13 коп; яблоки - 18 коп. и чеснок - 80 коп. за килограмм. 

       Часто мы посещали базар не только с целью покупок, а больше с желанием насладиться сочными и вкусными шашлыками, из мяса гиссарского барашка, стоимостью 30 коп.  за штуку, вместе с лепёшкой, луком или редькой. 

       С этим базаром связан один смешной эпизод – наш офицер Колчанов решил закупить на базаре фруктов, чтобы порадовать ими родителей. Мы накупили различных сортов яблок, в том числе и несколько килограмм больших, желтоватого цвета и все это отправили посылками. Через пару недель приходит благодарственное письмо от мамы, где она пишет, что все яблоки дошли и очень вкусные, но в одной посылке, тоже вкусные, но очень жесткие, их не укусить. Как оказалось, в той посылке, вместо яблок, мы отправили плоды айвы, о которых и понятия не имели в Кировской области».

       Название города происходит от слова «хош» («довольно», «хватит»), которое произнёс Сулейман, придя на эту землю. Уже в Х веке к этой неприметной скалистой возвышенности тянутся паломники со всей Средней Азии, ибо считается, что именно здесь пророк обращался к богу, а на камнях остались его отпечатки. В 70-е годы прямо в горе, прорубив скалы, построили краеведческий музей, к которому надо было подниматься по специально построенной дороге.

       Известный русский ученый и исследователь Памира Павел Лукницкий в книге «Путешествия по Памиру», пишет о городе Ош: «В юго-восточном углу Ферганской долины расположен Ош - маленький древний город,   который   упоминали   китайские   летописцы   и   другие  азиатские путешественники  еще  тысячу  лет  назад.  Через  этот  город,  выросший  на пересечении больших  торговых путей,  монгольские  ханы  и  китайские  купцы возили  свои  товары в  пределы современной Европы. Через Ош проходили орды завоевателей.   Из   Оша  начинается  караванный   путь   на  Памир.

       Казалось бы: какая  особая разница между ним  и другими известными  мне городами? Я  не  говорю  о  Ленинграде и о Москве:  в  них,  конечно, совсем другая,  суровая,  северная  природа.  Они провожали меня мутным  апрельским небом, рыжим, тающим снегом улиц, каменными громадами многоэтажных домов...    Но,  например, Ташкент,  Андижан, чем отличались они от Оша?  Пожалуй, только своими размерами. Те же  аллеи зыблющихся тополей вместо улиц,  такие же  арыки, омывающие корни тополей  и ноги прохожих. Такой  же тонкий аромат цветущих   абрикосовых    деревьев,    миндаля    и    акации,    такие   же холодные,  наперекор дневному зною и ночной  духоте - реки, такие  же бледные, легкие очертания снежных гор по краям голубого, словно занемевшего неба.     Природа в Оше была такая же,  как и всюду,   в предгорных городах Средней Азии - тихая, теплая, благодатная.  И  только изредка в  ее тишину врывались черные грозы, гнувшие  стройную выправку тополей,  хлеставшие город  струями теплой воды и замешивавшие в липкое тесто слои тончайшей лессовой пыли.   И все-таки Ош казался мне необыкновенным.

       Почему? Потому что я сам пребывал  в состоянии необычайного душевного подъема, и мне  было  радостно  всё,  все  люди  представлялись  приветливыми,  а  если вдуматься, то и в самом деле были гостеприимными, заботливыми, внимательными и доброжелательными к нам - отправлявшимся на Памир.   Слово  "Памир" здесь звучало иначе, чем в Ленинграде и в других городах  России. В Оше были люди, побывавшие на Памире. В Оше все  знали, что те, кто отправляется  на  Памир,  не  должны  терпеть  недостатка  ни  в  чем.   Мог ли Ош показаться мне обыкновенным? Ведь он был воротами в  те края, в которых так много еще было неведомого, неразгаданного!».

Город Ош на фоне Памирских гор.

       После завоевания Кокандского ханства Россией 19 февраля 1876 года, Ош вошел в состав Российской империи как уездный город Ферганской области. 2 марта первым военным губернатором Ферганской области и командующим войсками был назначен 32-х летний генерал-майор Скобелев Михаил Дмитриевич.  Деятельность  Скобелева М. Д., в будущем знаменитого русского полководца, прославленного белого генерала (во всех сражениях – в белом кителе, в белых перчатках и на белом коне) во многом связана с городом Ош. Именно из города Ош  в июле 1876 года  начался так называемый Алайский поход, Ошскую колонну которого возглавил генерал-майор Скобелев М.Д., завершившийся присоединением к Российской империи южной части современного Кыргызстана - Алая.  Царица Алая Курманджан – датке (датке означает генерал) при первом свидании с генералом заявила,  что пока она живет на свете, на Алае будет мир и покой. Чтобы уберечь свой народ от кровопролития,  она «официально» объявила о присоединении алайских киргизов к России.

       На этой присоединенной территории к России было образовано пять волостей: Кичи-Алайская, Наукатская, Гульчинская, Узгенская и Ак-Буринская, которые вошли в состав Ошского уезда. 

       Российский император  Александр II дважды удостоил Курманджан своим вниманием, подарив ей дорогой перстень с драгоценным камнем, а также золотые часы, осыпанные бриллиантами. Она была внесена в реестр правящих фамилий двора Романовых, получила чин полковника императорской армии, к ней обращались «Ваша светлость».

       С капитаном (впоследствии – генералом от инфантерии) М. Е. Ионовым, первым начальником Ошского уезда, Курманджан на протяжении долгих лет сохраняла дружеские отношения.  Во время памирских походов русской армии она отдала приказ своим людям доставлять провиант в отряд полковника Михаила  Ионова.

 

 Курманджан Датке. 1811 -1907 г.г. ,, Алайская царица ". ,, Мать Юга ". Полковник русской императорской армии (1878 г.)

       Умерла в 1907 году в возрасте 96 лет, похоронена на кладбище Сары-Мазар с видом на священную ошскую Сулейман-гору, в центре города установлен памятник. Портрет царицы киргизов можно увидеть на лицевой стороне киргизских банкнот достоинством 50 сомов, на оборотной стороне – изображение минаретов города Узгена, когда-то входившего  в состав владений Курманджан.

       Ош был важным военно-стратегическим пунктом, отсюда шли дороги на Памир, а оттуда – в Индию, Афганистан, Китай. Поэтому, во время Памирских походов, город Ош являлся исходным пунктом для выдвижения войск. С городом Ош, в связи с этим, связана армейская служба таких выдающихся  генералов русской армии, как генералы от инфантерии Юденич Н.Н., Корнилов Л.Г., Куропаткин А.Н. – будущий военный министр России,  Скобелев М.Д., Ионов М.Е. и многих других.

К.Г. Маннергейм в гостях у  Курманджан датке. Фото 1906 г.

       В июне 1906 года, в ходе знаменитой Азиатской экспедиции, через Алайскую долину, в г. Ош останавливался выдающийся русский путешественник, полковник Генерального штаба, будущий маршал Финляндии барон Карл Густав Эмиль Маннергейм. В Оше он посетил «Алайскую царицу» Курманджан датке, которой в то время было 96 лет. О г. Ош остались фотографии будущего маршала: базара, Алайской царицы в 96 лет верхом на лошади, дневниковые записи, научные исследования,  которые в настоящее время хранятся в Национальном музее Финляндии в Хельсинки, многие еще требуют тщательного изучения. Прекрасные снимки, сделанные самим полковником, снимал профессионально, как разведчик. Научные результаты экспедиции барон Маннергейм опубликовал в двухтомном исследовании «Через Азию с запада на восток» (1940 г.). Экспедиция имела  разведывательный характер по заданию Генерального штаба русской императорской армии. Особый интерес представляет горная часть маршрута Маннергейма: Ош – (через Иркештам) Кашгар, Маралбаши – Уч-Турфан, Аксу - Кульджа.  

Биографическая справка

       Карл Густав Эмиль Маннергейм родился 4 июня 1867 года, скончался 27 января 1951 года. Из 83 прожитых им лет почти 70 был военным. В 15 лет стал кадетом, затем поступил в одно из самых престижных военных училищ России – Петербургское Николаевское кавалерийское училище, первый гвардейский кавалерийский полк России, стал кавалергардом.

       В русской армии Карл Маннергейм служил с 1887 по 1917 годы, начав с чина корнета и закончив генерал-лейтенантом. Он был одним из телохранителей императорской семьи Николая II на коронации, проходившей в Москве 26 мая 1896 года, в группе лейб-гвардейских офицеров, в торжественной процессии шел прямо перед императорской парой. Фотографию русского императора Николая II   хранил всю жизнь.

       За 70-летнюю военную службу, Карл Густав Эмиль Маннергейм был награжден 29 орденами, в том числе многими российскими! Сам генерал больше всего ценил скромный крест ордена Святого Георгия 4-й степени, которым  был награжден в 1914 году за личную храбрость. От поручика (ст. лейтенанта) до штабс-ротмистра (капитана) служил восемь лет, слишком долго. За год войны в Маньчжурии стал полковником, заслужил три ордена.  В Георгиевском зале Кремля выгравировано имя Маннергейма как выдающегося  русского генерала. 

       В совершенстве владел восемью иностранными языками, в том числе китайским, поэтому, не случайна и экспедиция в Китай по заданию Академии Генерального штаба.  Задача экспедиции Карла Маннергейма – анализ военно-политической обстановки в Китае, театра военных действий в связи с поражением России в русско-японской войне. Цель – изучение подготовки обороны Китая, состояние обучения войск, военно-политическая ситуация в северных провинциях, отношение к русским, России, влияние Японии на ситуацию в регионе, изучение путей продвижения, в случае необходимости, русской конницы к городам Кашгару, Ланьчжоу и другим. Кстати, за время данной экспедиции было сделано более 1500 снимков, начиная с города Ош и ошского базара, любил фотографировать сам. Как уже писал, путь в Китай шел по дороге Ош – Иркештам – Кашгар. За эту разведывательную экспедицию барон Карл Маннергейм станет генерал-майором русской императорской армии.

       Позднее воевал за независимость Финляндии в 1918 г. против красных, изгнав из страны большевиков. 

       В советско-финской войне  1939 - 1940 гг. – воевал  против СССР,  именно под его руководством в 1931-1938 годах была построена знаменитая «Линия Маннергейма», которая считалась неприступной.  В декабре 1939 г., в связи с нападением на Финляндию,  СССР был объявлен агрессором и исключен из Лиги Наций. За рубежом его считают маршалом, который победил И.В. Сталина, так как потери советских войск в несколько раз превышали потери финнов. 4 июня, день рождения К. Маннергейма, стал национальным праздником финской армии. 

       После советско-финской войны отказался вести переговоры с Германией по поводу совместных действий против СССР. В связи с концентрацией Советских войск на финской границе, 17 июня 1941 года объявляет всеобщую мобилизацию. 

       Без объявления войны Финляндии, 25 июня 1941 года советская авиация в количестве около 300 бомбардировщиков, под командованием генерала А.А. Новикова (впоследствии маршал Новиков А.А. был репрессирован), в течение шести суток бомбит финские города и аэродромы. По советским данным,  уничтожено 130 самолетов, по финским –15, при этом наша авиация в первый день потеряла 26 самолетов. При бомбежке применялись зажигательно-термитные бомбы. Города были разрушены, потери понесло в основном мирное финское население. 

       Этот авиационный налет оказал противоположное влияние на общественное мнение, предопределил действия финского руководства. Он был не эффективным, это  - грубая  политическая ошибка  СССР.

       Согласно «Мемуарам» К. Маннергейма, на 25 июня была назначена сессия парламента, который должен был сделать заявление о нейтралитете Финляндии в советско-немецкой войне. Но, эта бомбардировка, заставила сделать заявление, что Финляндия находится в состоянии войны с СССР, Главнокомандующим финской армией назначается К. Маннергейм. Одновременно с назначением он предупреждает финское правительство, что подаст в отставку, если от него потребуют наступать на Ленинград. Финская армия в основном ограничивалась локальными операциями, а Маннергейм искал пути выхода из войны. На его юбилей, в честь 75-летия,  приезжал в Финляндию Адольф Гитлер в 1942 году. 

       В 1941 г. учрежден Крест Свободы, получивший неофициальное название «Крест Маннергейма», который считался самой почетной наградой во время войны. Орден имел два класса.  Крестом первого  класса были награждены маршал Карл Маннергейм и начальник Генерального штаба финской армии генерал Эрих Хейнрис.  Крестом II класса, имевшего статус  «За выдающиеся свершения» – 191 человек. За получение данного ордена в финской армии шла борьба.

       Кстати,  в советско-финскую войну, у маршала К. Маннергейма был по старой традиции – русский денщик Иван Карпатьев.  Таковы зигзаги истории, от них никуда не деться. В 2012 году, на прилавках книжных магазинов появились «Мемуары»   Карла  Маннергейма.

 Штабс - капитан Снесарев Андрей Евгеньевич. ( г.Ош ).

       С городом Ош связана деятельность легендарного генерал-лейтенанта  императорской армии, будущего начальника Генерального штаба Красной Армии Снесарева Андрея Евгеньевича.  Родился в 1865 году, окончил математический факультет Московского университета с золотой медалью и Московскую консерваторию, мечтал петь в Большом театре. Кстати, фортепьяно, которое было привезено и находится в музее   г. Хорог (Памир),  принадлежит Снесареву А., как только везли его по горным тропам, до настоящего времени не понятно.  Певцом не суждено было стать – сорвал голос, прекрасно музицировал, виртуозно играл на фортепьяно, в совершенстве владел четырьмя иностранными языками. Защитил диссертацию «Исследование о бесконечно малых величинах», стал кандидатом (наук) чистой математики, но, поступает… в Московское пехотное училище. 

       Через 10 лет он штабс-капитан по особо важным поручениям Генерального штаба, получает назначение в Туркестанский военный округ и в 1899 году прибывает к месту службы – город Ош.  Кстати, в данный округ направляли самых перспективных офицеров, их называли «люди Милютина», которые шли на Восток. Всех учеников профессора Милютина Д.А., бывшего военного министра России, объединял военно-научный поиск, среди его учеников были выдающиеся военные - ученые: Пржевальский, Козлов, Фадеев, Корнилов, Куропаткин, Маннергейм.  Генерал – фельдмаршалу Дмитрию Алексеевичу Милютину (1816-1912), последнему в России в этом звании, самому выдающемуся Военному Министру России (1861-1881 гг.), профессору многих Академий и университетов – офицеры императорской армии питали глубочайшее уважение. Жаль, о таких людях надо писать гораздо больше и доступнее, чтобы ими гордилась вся страна!

       Кстати, Милютин Д.А. для военных читал курс военной географии, он явился основоположником новой науки «Геополитика». Его традиции продолжит Андрей Евгеньевич Снесарев, написавший учебник «Военная география России» (начал писать в г. Ош, штабс-капитаном), а это геополитика, следовательно, стратегическое планирование (стратегия  означает план генерала), им занимаются на уровне от дивизии и выше. Штабс-капитан в далеком городе Ош пишет учебник для слушателей Генерального штаба, для генералов Императорской армии России,  но это так!

       Почему-то мы привыкли считать, например, Пржевальского Н. великим ученым-путешественником, хотя в первую очередь он был военным разведчиком, генерал-майором, ведь большинство его трудов с грифом «совершенно секретно».  Аналогично, это относится и к остальным, многие необоснованно забыты. Сделаю небольшое отступление от темы. В то время считалось престижным детям самых известных и богатых фамилий России служить во благо Родины в самых трудных местах. 

       Давайте вспомним в качестве примера тяжелейший переход с боями нашего полководца А.В. Суворова через Альпы (его описал как раз первым генерал Д.А. Милютин ). Кстати, Суворов А.В. в совершенстве владел пятью иностранными языками. В походе его сопровождают 20-ти летний сын императора России Павла I Константин, ставший цесаревичем, 15-ти летний сын самого Суворова А.В. – Аркадий. 

       Сын императора России – Константин, в ходе перехода в тяжелейшей ситуации увлекает за собой суворовских солдат в штыковую атаку (русской штыковой атаки не выдерживал никто), делит со всеми все тяготы этого адского перехода.  Сын генералиссимуса - генерал-майор  Аркадий Суворов будет сражаться за Россию, трагически погибнет в возрасте 27-ми лет на реке Рымник, где ранее прославился его отец, это история. 

       В Памирском отряде полковника  Ионова М.Е. с мая 1893 года по январь 1894 года проходит службу капитан Сергей Петрович Ванновский,  сын Военного Министра России  П.С. Ванновского. Принимал участие в Памирских походах, был в перестрелках с афганцами, в июле—октябре 1893 года совершил самостоятельную экспедицию в район реки Бартанга. За эти труды он был награждён первым орденом св. Анны 3-й степени. Командир бригады генерал-майор Сергей Петрович Ванновский погибнет в бою за Россию с немцами 29 сентября 1914 года.

       Возможно, это небольшое отступление позволит лучше понять ту атмосферу, которая заставила молодого кандидата наук поступить в Московское пехотное училище. 

       В Оше Андрей Снесарев женится на Евгении, дочери начальника Ошского уезда подполковника Зайцева В.Н., здесь они дружат с семьей первого начальника гарнизона  подполковника С.А. Топорнина.

       Капитан Снесарев А.Е. со 2 июня 1902 года, в течение трех лет, находился на Памире в качестве начальника Памирского отряда, часто выезжая в Ош. Во главе отряда из числа оренбургских казаков он пересекает весь Памир с севера на юг, проникает в Кашмир, в северную Индию, затем возвращение в Хорог, снова через Памир. Секрета нет, миссия носит разведывательный характер, по заданию Генерального штаба. К этому времени Снесарев А. Е. дополнительно к четырем добавил десять восточных языков, которыми владел в совершенстве.  Только немного задумаемся – офицер российского Генерального штаба владеет четырнадцатью языками в совершенстве! 

       Итог похода – два тома «Северо-индийского театра». Это предполагаемый театр военных действий, подробное описание перевалов, дорог и селений Гиндукуша и Кашмира - сведения, необходимые для продвижения войск на Индо-Гангскую равнину, а также военно-географические описания Памира и Восточной Бухары.  Аналогичную задачу в свое время выполнял и барон полковник Маннергейм.

       Именно через А. Снесарева формируется политика русской империи на юге. В скором времени полковник Снесарев А.Е. возглавил восточное делопроизводство, издает учебник «Военная география России», выступает от России на Международном конгрессе в Копенгагене – «Индия как главный фактор в среднеазиатском вопросе».

       В послужном списке генерал-лейтенанта Снесарева А.Е. – участие в 75 боях, много боевых орденов. Октябрьскую революцию не принял. Но, над Россией опасность – немецкая интервенция 1918 года, и Снесарев А. Е. как патриот, снова в самых тяжелейших боях, под Царициным.  В 1919 году в Туркестане, теперь уже как блестящий военный разведчик. Что он делал и чем занимался, до настоящего времени ясного ответа нет, но, вероятнее всего, он сражался с англичанами в… Афганистане!  Британцы бомбят  Афганистан с аэропланов, но за событиями чувствуется опытная рука, превратившая военное поражение афганцев в политическую победу, в результате чего Афганистан становится независимым государством и его первым признает Советская власть. 

       Снесарев А.Е. отзывается  в Москву и назначается начальником Академии Генерального штаба РККА. 22 февраля 1928 г., одному из первых в стране, за многогранную работу по строительству Вооруженных Сил присваивается звание Героя Труда (не путать с Героем Социалистического труда, введенным значительно позднее).

       Этого не мог перенести честолюбивый Михаил Тухачевский, у него такой награды нет, заслуги Снесарева огромны.  В январе 1930 года Снесарев А.Е. арестован и обвинен как участник контрреволюционной монархической офицерской организации, ему 64 года.  Несмотря на возраст и ложное обвинение, более четырех лет продержали в тюрьме. Из лагеря отдали родственникам – отдали больного, отдали умирать. Все эти годы он не запятнал своей офицерской чести, офицерскую форму всегда носил с гордостью, был патриотом России. 4 декабря 1937 года Андрея Евгеньевича не стало, не стало умнейшего и преданного генерала России, становление которого началось в г. Ош!

       Снесарев  А. Е. за период своей службы написал свыше 500 (пятисот) книг и научных статей, в число которых входят: «Северо-Индийский театр: военно-географическое описание», «Краткий очерк Памира», «Памиры: военно-географическое описание», «Военная география России», «Значение Индии в среднеазиатском вопросе», «Афганистан»,  «Афганские уроки» и многие другие.

       Снесарев  А.Е. был начальником Академии генерального штаба РККА, одновременно ректором Института востоковедения, профессором трех академий! А ведь реальным профессором он не был, ему некогда было защищаться, этому гениальному и умнейшему офицеру, вся жизнь которого была отдана служению России! Да, он был кандидатом математических наук, до армии, а в период службы времени для дальнейших защит диссертаций не было, он работал и служил во благо России! Он сделал гораздо больше многих академиков, вместе взятых! Вообще, трудно даже представить – офицер российской армии, владеющий в совершенстве четырнадцатью языками, прекрасный музыкант и певец, кстати, выступивший в одном из концертов с самим Леонидом Собиновым (к слову, выпускником Московского пехотного юнкерского училища), разведчик, человек, участвующий во множестве боев, как только он мог всё это совместить в себе! Награжден двенадцатью орденами, в том числе,  двумя иностранными!  В Советское время получил  - один из первых «Герой труда». Преклоняюсь и горжусь, господа офицеры России, есть с кого брать пример! 

       К глубокому сожалению, наши партийные руководители никогда не читали Снесарева, как не читали его и мы, он был недоступен, да и сейчас не всегда есть возможность прочесть его труды. Давайте только задумаемся над тем, о чем писал еще в 1921 году, этот необоснованно забытый гений военного дела, генерал-лейтенант русской армии Снесарев А.Е.: «Трудно себе представить, что когда-либо имело смысл предпринимать военную кампанию в Средней Азии только во имя одного Афганистана... Ясно, что Афганистан сам по себе никакой цены не представляет. Если этой страной и можно овладеть, то удержать ее в руках очень трудно, на заведение администрации и заведение порядка потребуется столько ресурсов, что страна этих трат никогда не вернет: ей вернуть их не из чего... Политические расчеты могут повести (всегда временно) Афганистан на ту или другую сторону, но чувства останутся одинаково враждебными ко всякому европейскому государству... Только та политика, которая принесет Афганистану прочный покой, обеспечит его самостоятельность и доставит ему шансы просторного развития в русле религиозно-национальных идеалов, сыщет прочные симпатии Афганистана вообще и афганцев в частности". 

       Если бы эти мысли генерала Снесарева читали члены Политбюро ЦК КПСС  – никогда бы в Афганистан не полезли. Не случайно, широковещательная корпорация «ВВС» в 1979 г., в период ввода наших войск в Афганистан, вещала: «Если бы русские читали своего генерала Снесарева, они бы никогда не полезли в Афганистан. Видимо не читали. А если и читали – не вняли своему пророку».

       Когда читал и писал о Снесареве А.Е., многим был шокирован, поражен, в душе – гордость, что это русские офицеры,  с другой стороны – почему у них такая трагическая судьба, разве они не заслужили себе лучшей доли?  Видимо, это Россия, у нас всему своё понятие, какая-то особая, трагическая история, все время создаем препятствия, которые стойко затем преодолеваем. Но какие гении, как Снесарев А.Е.,  рождаются на этой земле!  

 

Труды генерал - лейтенанта Снесарева А. Е  в настоящее время изучаются в Академии Генерального штаба.

       В г. Ош, в 10-м Туркестанском стрелковом  батальоне, начал службу подпоручиком (лейтенантом) будущий выдающийся русский, советский ученый, академик, член-корреспондент Академии наук, полковник русской армии  Корженевский Николай Леопольдович. 

 

Полковник Корженевский Николай Леопольдович.

Биографическая справка

       Николай Леопольдович Корженевский (1879 – 1958)  в 1901 году с отличием окончил Киевское военное училище. Добровольно местом службы избрал уездный город Ош на окраине империи в неспокойном и малоизученном Туркестане. После прибытия в Ош был радушно встречен будущими своими начальниками – командиром батальона Сергеем  Андреевичем Топорниным и уездным начальником полковником Василием Николаевичем Зайцевым, до этого бывшим первым командиром Памирского отряда.

       Во время своей службы поручик Николай Корженевский в свое свободное время из подручных средств изготовил небольшую динамо-машину для освещения своей квартиры и квартир некоторых своих знакомых, занимался физическими опытами и усовершенствованиями использовавшихся тогда для освещения улиц газолильных (селеновых) фонарей. В 1902 году разработал и смонтировал две гелиотелеграфные станции для двухсторонней связи Оша с Джалал-Абадом.

       Он серьезно изучил астрономию, геодезию, метеорологию, геологию, гляциологию, ботанику, а также некоторые прикладные специальности.  В 1903 г. командование направило Корженевского на Памир для нужд сменного Памирского отряда, что послужило началом его дальнейшей блестящей карьеры – географа, гляциолога и исследователя Памира. Во время своей экспедиции на Памире, на перевале Талдык (3615 метров), он обнаружил столб с именами людей, принявших участие в проектировании и прокладке первой колесной дороги на Памире. За лето 1903 года Н. Корженевский прошел по Памиру около 1500 километров, собрав богатейший научный материал.

       В период с 1903 по 1928 год Н. Корженевский совершил одиннадцать путешествий и экспедиций в различные районы Памира. Во время экспедиции 1905 года впервые сделал зарисовку и две фотографии одной из величайших вершин Таджикистана, позже названной пиком Кауфмана, в 1928 году переименованной в пик Ленина (ныне пик Абуали  Ибн Сина), достигающей высоты 7134 метра.

       В 1905 году женился на дочери командира 10-го Туркестанского стрелкового батальона полковника Сергея  Андреевича Топорнина – Евгении. В знак своей любви и признательности супруге назвал один из памирских семитысячников в верховьях реки Муксу – «пиком Евгении Корженевской».

 ( Материал систематизирован из Википедии — свободной энциклопедии)

 2. Боевое братство

       Ош – город республиканского подчинения, административный центр Ошской области. Население на 1 января 1974 года составляло 143 тыс. человек, причем преобладающим населением были узбеки, затем киргизы, русские. 

       Город расположен на юге Киргизии, в восточной части Ферганской долины, у выхода реки Акбура из предгорий Алайского хребта на высоте более 1000 м (высшая точка 1110 метров).  Да и любимый всеми «офицерский» ресторан «Акбура» - находился в самом центре расположения  войсковых частей, там можно было пообедать за 1 рубль.  

Из Оша начинается Восточный памирский тракт «Ош - Хорог» протяженностью 738 километров.

       Ош – военный город. Практически в центре, рядом с Сулейман-горой,  («сулейманкой»), как мы ее называли, располагался 131-й  Ошский погранотряд (войсковая часть 2533), в 1,5  километрах вниз по трассе,  в сторону узбекистанского Аравана – 860–й омсп (войсковая часть 77701),    батальон радиотехнической разведки, 111-й гвардейский парашютно-десантный полк, зенитно-артиллерийская дивизия. Специальные подразделения погранвойск, а также штаб и отдельные подразделения 860 омсп, военный госпиталь (войсковая часть 34594), отдельный автомобильный батальон (войсковая часть 3333) – в городе. Уже это перечисление, без учета некоторых других специальных подразделений, говорит о многом. Все они в свое время предназначались для прикрытия Государственной границы СССР, боевых действий   на памирском направлении.  Думаю, что иностранная разведка работала в Оше, не покладая рук, так как частей было предостаточно.

       На границе с Китаем было не спокойно, нарушений было много, и очень часто 111-му пдп приходилось находиться в боевой готовности, а 860 омсп  выезжать на Памир, чтобы там проводить учения, стрельбы, демонстрируя мощь Советской армии. 

 

Информация к размышлению

       В начале 60-х годов возникли советско-китайские идеологические противоречия, в результате чего обострились двухсторонние отношения с Китайской Народной Республикой. Китай стал рассматриваться как один из «вероятных противников Советского Союза». 

       Поэтому, с конца 60-х годов вдоль всей советско-китайской границы были сосредоточены крупные войсковые группировки Вооруженных Сил СССР. В Центрально-Азиатской части Советского Союза, на территории Казахской, Киргизской и частично Таджикской ССР, которые граничили с Синьцзян - Уйгурским автономным районом Китая, дислоцировались войска Среднеазиатского военного округа (САВО). Среднеазиатский военный округ, как самостоятельное оперативно-стратегическое объединение, был выделен из состава Туркестанского военного округа в 1969 году после вооруженных столкновений на границе в районе Жаланашколь (Казахстан).  

       860-й омсп считался полком прикрытия государственной границы с Китаем, в оперативном отношении подчинялся 17 армейскому корпусу (войсковая часть 01433, штаб – г. Фрунзе).

       Здесь хотелось бы напомнить небольшую историю в советско-китайских пограничных отношениях. Надо сказать, что к Сталину «вождю мирового пролетариата», Мао Цзэдун относился с большим почтением. К сменившему его Никите Сергеевичу Хрущеву ни Мао, ни Компартия Китая симпатий не испытывали. Почему-то в наших публикациях часто Сталина показывают недалеким человеком. На самом деле, Сталин был грамотным политиком, в сутки читал около 500 (пятьсот) страниц художественной литературы, писал прекрасные стихи.  Хрущев Н. С. этим похвастаться не мог.

       После смерти Сталина, Мао стал претендовать на первенство в международном коммунистическом движении. Китайские власти неожиданно напомнили, что ряд участков на Дальнем Востоке и в Синьцзян-Уйгурском автономном районе не были должным образом оформлены. Китаем были обозначены 22 «спорных» участка вдоль всей 7520-ти километровой советско-китайской границы. Сразу начались инциденты на границе, всего в 1962 г. было зафиксировано более пяти тысяч различных нарушений.  Из СУАР Китая в Советский Союз бежали порядка 60 тыс. уйгуров, казахов и других национальностей (на нашем оперативном направлении).

       В китайской прессе доказывалось, что царская Россия захватила более 1,5 млн. кв. км исконно китайских земель, среди которых – территория Казахстана до озера Балхаш, Восточная Сибирь, Камчатка и Сахалин.

       На границе участились провокации со стороны маоистов. Как правило, эти потасовки советских пограничников с отрядами «хунвэйбинов» ограничивались кулачными боями, я не оговорился, именно кулачными. Пограничникам было строго запрещено применять оружие, поэтому в деле защиты южных рубежей применялись подручные и доступные средства (дубины, палки).

       Герой Советского Союза Виталий Бубенин  (служил в КСАПО - Краснознаменный Средне-Азиатский пограничный округ), по этому поводу вспоминал так:  «Мы выдворяли нарушителей кулаками, дубинами, палками, прикладами. Пузо на пузо, стенка на стенку. Однажды взяли у дружинников пожарную машину. Задавил я несколько китайцев, хотя точно не известно, то ли я их задавил, то ли трупы подбросили. А сколько было побито и ранено наших солдат!».

       2 марта 1969 года начался с похода китайских хорошо вооруженных военнослужащих на остров. Перед этим на острове замаскировались еще около 300 китайских солдат. Снег смел все следы. Когда пограничники прибыли на остров, они попали в засаду и все погибли (из двадцати в живых остался один). Большие потери понесла и вторая группа, опоздавшая к началу боя. Китайские военнослужащие более чем десятикратно превосходили численность наших пограничников, поддерживались в ходе боя огнем артиллерии и минометов. В ходе этого боя, только по официальным данным, советскими 30 (тридцатью) пограничниками было уничтожено огнем и колесами двух БТРов 248 (двести сорок восемь!) китайских солдат и офицеров. В связи с этим, этот бой вошел в энциклопедию «Великие битвы и сражения ХХ века». 

       15 марта китайские солдаты вновь пошли в атаку. Пограничники снова оказались один на один с китайской пехотой, Москва боялась использовать Вооруженные силы, чтобы дело не переросло в межгосударственный конфликт. В бой против китайцев были брошены 9 танков Т-62, которые в срочном порядке передали погранвойскам (чтобы скрыть факт участия в боях ВС СССР). Но исход боя решили секретные к тому времени армейские установки «ГРАД», впрочем, их применение не обошлось без курьеза.

       Полковник-танкист в отставке Юрий Сологуб: «Данные для стрельбы на огневые позиции выдал штаб ракетных войск округа, а не дивизиона, как должно было быть. В итоге 18 боевых машин (дивизион «Град») расстреляли не занятый неприятелем Даманский, а улетели на 7 километров дальше, вглубь китайской территории, и разнесли деревню со всеми штабами, тылами, госпиталями. Китайцы такой наглости от нас не ожидали!». 

       Больше всего китайцев напугал вид горящей земли на Даманском, а объяснялось это тем, что в суматохе установки «Град» заряжали всем подряд, что было на складе – осколочно-фугасными, дымовыми и зажигательными (термитными) снарядами.

       Следующим крупным вооруженным конфликтом стали боевые действия в районе озера Жаланашколь в Казахстане в августе 1969 года. 13 августа китайцы проникли на 400 метров вглубь советской территории. На предупреждения о нарушении государственной границы они не реагировали, а затем открыли огонь.

       В ходе боя нарушители были выдворены на сопредельную территорию. С нашей стороны погибло 2 пограничника, 10 получили ранения, китайцы потеряли 19 человек, 3 было захвачено в плен.

       После вооруженного конфликта на Жаланашколе весь мир с тревогой ждал начала войны между СССР и КНР. Но, 11 сентября 1969 года, глава Советского правительства Алексей Косыгин сделал остановку в Пекине на пути из Ханоя в Москву. В аэропорту он встретился с коллегой Эньлаем, и они попытались найти общий язык, договорившись решить все проблемы путем мирных переговоров. 

       В результате советско-китайской конфронтации понесли серьезные политические и экономические потери СССР и КНР. Китай в своем развитии был отброшен на десятилетие назад, а прямой и косвенный ущерб для СССР, по некоторым оценкам, составил более 200 млрд. до перестроечных рублей, то есть в три раза больше, чем война в Афганистане.

       В выигрыше от этой ситуации оказался скорее Запад и, прежде всего, США, опасавшиеся «красно-желтой угрозы». Уроки Даманского и Жаланашколя свидетельствуют о том, что рано или поздно существование территориальных проблем даст о себе знать.

       В дальнейшем, вооруженные конфликты происходили, но уже более мелкими группами, в различные годы число конфликтов в год составляло от 2 до 5 тыс., а с введением нашего воинского континента в Афганистан, Китай стал открыто вооружать мятежников.

       Видимо, судьба истории распорядилась так, что некоторые части встретятся в Афганистане, и будут оказывать друг другу помощь. Например, на смену 3 мсб в Гульхане, в тяжелых условиях в июне 1980 года придут пограничники 131 Ошского погранотряда. Более того, первая мотоманевренная  группа (ММГ) прибыла в Хорог из Оша (131 погранотряда, в/ч 2533) в ноябре 1979 года, позднее она будет преобразована в 1-ю Хорогскую ММГ, на ее базе будет создана и 2-я ММГ. В 1980 г. через заставу Ишкашим ММГ-1 войдёт на территорию Афганистана и обоснуется около кишлака Гульхана, по сути, заменив 3 мсб и тыловые подразделения 860 омсп.

Пограничники 131 погранотряда. Гульхана.

       У наших пограничников остались самые приятные воспоминания о нас.  Командир 1-й Хорогской ММГ (записано со слов бывшего командира ремонтной роты в/ч 77701      подполковника запаса В. Панкова, встретившегося с ним в Одессе) с особой теплотой отзывался о нашем полку, о заместителе командира 860 ОМСП по вооружению майоре Никитине В.Н.  

1 ММГ Ошского 131 погранотряда. Крайний слева  Петренко Михаил Павлович.

       Из воспоминаний Петренко Михаила Павловича , бывшего командира ММГ, в то время майора: «В ноябре 1979 года в направлении г. Хорог выдвинулась колонна штатной ММГ  и МБ ошского 131 пограничного отряда. МБ командовал капитан Шекула Н.  Состав колонны – несколько БТР – 60 ПБ, ЗИЛы – 131, АТЗ, АЦ, сейчас точно вспомнить тяжело.  Нас, пограничников, как и десантников, часто называли «горнокопытными», так как приходилось охранять Государственную границу на лошадях, в горах Памира техника часто не проходит. БТР-60 ПБ находились на консервации, протирали их тряпками, снаружи блестели…но,  в горах Памира они не тянут, часто бесполезны. 

       Поступил приказ на выдвижение – а БТРы выйти не могут, запасных деталей нет, поднимать пограничников на них на Памир – это убийство, но приказ должен быть выполнен. С колесными машинами проблем меньше, местное население к нам относилось хорошо, в городе была военизированная колонна, которая ходила на Памир, обратились – помогли. Начальник бронетанковой службы погранотряда капитан Котляров Н. не спал сутками, приводили БТРы в порядок, но ничего сделать не мог. Поехали мы в Ваш полк, в три семерки,  обратились к заместителю по технической части майору Никитину Валерию Николаевичу.  Мужик, что надо, настоящий офицер, было бы таких побольше. 

       Здорово он тогда нам помог, не знаю, как этот вопрос решался, что и куда звонили, но…у нас появились в течение суток движки, запасные части. Да и сам Валерий Николаевич   бегал, всем интересовался, будто служил у нас. Все это бескорыстно. Большой ему привет от всех пограничников и самые наилучшие пожелания семье, он нам здорово помог. Если бы не он, приказ был бы не выполнен. 

       Колонна поднималась на Памир более недели, с привалами в Сарыташ и Мургабе. В Хорог все пришли своим ходом, за исключением двух БТРов и КШМки, у нее застучал двигатель. К слову сказать, у двух бронетранспортеров вышли также движки, они застучали после Мургаба. Пришлось их менять на высоте более трех тысяч метров, что это такое,  офицерам трех семерок объяснять не надо. Спасибо, эти запасные движки к нам попали из Вашего полка. Мороз был более минус 30, ветрище, и прямо на дороге меняли движки, что ни в какие инструкции не вписывается. Кто не служил на Памире, тот никогда не поймет, что такое Памир, что такое переход, что такое памирский марш.

       Вы прошли Памир в составе полка, как Вы прошли, одному богу известно. Всем Вашим ребятам от пограничников большой привет и наилучшие пожелания,  а Валерию Николаевичу Никитину, Вашему героическому зампотеху, от всех пограничников 1 ММГ и МБ – огромное офицерское и солдатское спасибо!».

       К глубокому сожалению, подполковник запаса  Валерий Николаевич Никитин, уже на гражданке, вступит в схватку, как на войне, с преступниками и погибнет в ней как настоящий советский офицер, имеющий понятия чести и достоинства…

       Десантников 111-го парашютно-десантного полка называли в ВДВ «горнокопытными», как и пограничников, так как этот полк по замыслу Генерального штаба предназначался для ведения  боевых действий в горно-пустынной местности, не имел на вооружении боевых машин десанта (БМД).  Для транспортировки личного состава предназначались самоходные установки СУ-76, которые мне почему-то все время казались слишком маленькими.  При обострении военно-политической обстановки, они всегда стояли возле казарм. 

       В 1967 году, в год 50-летия Советской власти, десантниками 1 парашютно-десантного батальона 111-го гвардейского парашютно-десантного полка впервые в СССР и в мире было осуществлено десантирование на горное плато в Алайской долине на высоте 3600 метров. На такую высоту еще никто не десантировался в составе батальона с вооружением, но этот подвиг не нашел достойного отражения в литературе, видимо, по причине секретности. Написал это с гордостью за нашу Советскую Армию, за «Войска Дяди Васи» (ВДВ). Впрочем, никто из участников десантирования, не был награжден Государственной наградой, как и участники Памирского марша.

       Только в августе 2011 года, 18 десантников Синь-Цзянского военного округа (Китай) прыгнут на высоту 2500 метров с парашютом в горной местности на северо-западе Китая.  Десантники ошского 111 пдп совершали такие прыжки регулярно!

Десантирование на Пик Ленина в 1968 году.

       27 июля 1968 года, впервые в мире и в истории парашютного спорта, на одну из вершин Памира – пик Ленина (7134 метра), высоту 7100 метров, был выброшен десант военных парашютистов Ферганской 105-й  воздушно-десантной дивизии, в состав которой входил  Ошский 111-й парашютно-десантный полк,  в количестве 10 человек, из них военнослужащих 5. Из десяти десантировавшихся на высоту 7100 метров погибли: старшина Владимир Макаев, ст. сержант Валерий Глаголев, рядовой Юрий Юматов, конструктор парашютов Вячеслав Томарович.

       Перед этим, на подножие пика Ленина, высота 6100 метров, десантированы   десантники из числа военнослужащих срочной службы в количестве 36 человек под командованием капитана Георгия Тайнаса, основа – ошский 111 пдп. Данные прыжки занесены в книгу рекордов Гиннеса.

Информация к размышлению

Пик Ленина (7134,3 м) 

      Пик Ленина (7134,3 м) – второй по высоте, после пика Коммунизма (7495м) пик на Памире, расположен в средней части Заалайского хребта, в Чон-Алайском районе Ошской области Киргизстана, и является его главной вершиной. На западе вершина соединена с пиком Дзержинского (6713 м), на востоке, через перевал Крыленко (5820 м), - с гребнем пика Единства (6852м). На юге, в отроге массива пика Ленина, находится пик 6852, названный в 1974 году именем Маршала Жукова.

       Как северные, так и южные склоны вершины покрыты ледниками и мощными толщами фирнового снега. Крутизна склонов достигает 45-55 градусов. Склоны изрезаны глубокими трещинами. Снежные лавины и ледовые обвалы, здесь частые явления. 

       Атмосферное давление на высоте 7134 метров равно 290 мм ртутного столба против 760 мм на уровне моря. На заснеженных склонах вершины особенно сильно сказывается действие ультрафиолетовой радиации. 

       Климат в районе пика Ленина характеризуется резкими контрастами. В нижней части – умеренный, а в высокогорной зоне – принимает суровые полярные черты. 

       Лето короткое, прохладное и даже холодное. Длится оно с июня по август. Нарастание температур происходит медленно и неравномерно. В самое жаркое время года они могут достигать от +5 градусов до -30 градусов ночью.

       Тёплый день с интенсивной солнечной радиацией обычно сменяется холодной, с заморозками ночью. И даже днём нередко в тени наблюдается отрицательная температура, в то время как на солнечной стороне она равна +15 - 20. 

       Преобладающие ветры имеют юго-западное и западное направление. В дневное время скорость ветра достигает в среднем 6-8 м/сек, ночью уменьшается до 2-4 м/сек и затем затухает до полного штиля.

       Порывистые, шквальные ветры со снегом (скоростью 15м в секунду и более) налетают иногда совершенно неожиданно. Такое явление, как правило, наблюдается в дневные часы.  Наиболее ясный период – август. Число дней с осадками в июле больше, чем в августе. Осадки выпадают в виде дождя и снега.  Наиболее благоприятным временем для восхождения на пик Ленина считается конец июля, август. 

  ( Источник: http://www.lenin-peak.com/view_post.php?id=1&lang=ru)                                                                                        

 

Десант 105 Ферганской вдд в 1968 году , в состав  которой входил 111 пдп .

       Из воспоминаний полковника в отставке Чехута Михаила Степановича - бывшего офицера-политработника 111 гв. пдп: «Военно-политическая обстановка в то время была напряженная, не исключалась возможность вторжения Китая на советскую территорию через Памир. В связи с этим, в 1967 году в Алае, на высоту 3600 метров был десантирован 1-й батальон полка с тем, чтобы показать, что наши десантники способны решать любые задачи. Во время этого десантирования жертв не было, приурочено было к 50-летию Советской власти. 

       На следующий год стали готовиться к десантированию на пик Ленина, откуда появилась такая идея – не знаю. Десантирование посвящалось 50-летию ВЛКСМ,  должно было продемонстрировать достижения Советского Союза, а также в связи с военно-политической обстановкой с Китаем, показать, что ВДВ доступны любые высоты.  Одновременно планировалось использовать и испытать на практике новые парашюты, которые предназначались для космонавтов, условия на Памире для этого были идеальные. Десантники должны были оставить на Памире капсулу с обращением к потомкам, к комсомольцам 2018 года, т.е. к 100-летию комсомола, как эстафету. 

       Первыми прыгали солдаты срочной службы на высоту 6100 метров, было три захода Ан-12, при каждом заходе выбрасывалось по 12 десантников. При третьем заходе  десантник Леонид Асаенко упал на купол парашюта Бориса Михеева. Ситуация была неописуемая, но, каким-то чудом Леонид успел отцепить свой основной парашют, скатился с купола и только перед самой землей раскрыл запаску. Приземлились все удачно, но, в это время поднялся сильный ветер. Десантников  разбросало всех на километры, их надо было искать.

       Более того, через короткое время всем сделалось плохо от высоты, нехватки кислорода – тошнота, рвота, страшные головные боли. Солдаты перестали что-либо соображать, неадекватно воспринимали обстановку, началась горная болезнь - надо было их быстрее спускать вниз. 

       Прыгать больше нельзя, с земли стали посылать сигналы – не сбрасывать десант на пик Ленина, на отметку 7100 метров. Думали, что прыгать не будут, жгли дымовые шашки, чтобы было видно с самолета, что внизу сильный ветер. Из буквы «Т» на земле (место десантирования), сделали крест, который означает, что десантировать нельзя. В это время эвакуировали приземлившихся десантников, многим из которых было плохо. 

       Но, ужас, под самолетом показались 10 точек – десант прыгнул в сильнейший ветер. Сразу ребят  потащило на гребень, на скалы. На Памире сильнейшие ветры, завихрение, если парашют попадает в это завихрение, то он начинает складываться, а парашютист камнем летит вниз.

       Четверо ребят разбились, погибли, их долго еще вытаскивали оттуда, многочисленные комиссии разбирались с причиной трагедии. Как вытаскивали с Памира, лучше не буду рассказывать, это тяжело.  Штурман самолета сошел с ума, был уволен из армии, да и ребят некоторых надо было увольнять. Памир есть Памир, с ним шутки плохи. У многих были ушибы, подполковник Морозов отстегнул на большой высоте парашют, когда понял, что его разобьет о скалы, сломал ногу, сам побился.

       Вообще, десантирование десяти парашютистов при таком ветре – абсурд, нельзя было прыгать, но, что случилось, то случилось. Через год ребят наградили, многие награды уже получали через военкоматы. Всех десантников медалями «За отвагу», кто десантировался на пик Ленина – Красной Звездой, кто погиб – посмертно, двоих – орденом Красного Знамени, у кого запутались парашюты».

       111–й гвардейский парашютно-десантный полк был предназначен для боевых действий против Китая.  Тогда китайское направление для нас было главным. Мы изучали Китай, их организацию и вооружение, были даже китайские разговорники. Задача 111-го пдп – десантирование в полном составе в Синьцзян - Уйгурскую автономную область Китая, г. Урумчи. 860-й омсп должен был выйти в Алайскую долину и держаться там до подхода главных сил, а они десантироваться в самом Китае. По сути, мы были смертниками в случае войны, только они - в первую очередь. 

       По уровню боевой подготовки 111 полк был одним из лучших в ВДВ, а передовым батальоном в полку был 1 пдб под командованием подполковника Ломакина В. И., награжденного в то время двумя орденами «За службу Родине в ВС СССР».  В батальоне в основном служили выходцы из среднеазиатских республик. Ввиду этого, Генеральным штабом было принято решение – первым направить в Афганистан (аэродром Баграм) именно 1 пдб, усилив его батареей СПГ-109 (станковый  противотанковый гранатомет). 

       Десантники 1 батальона 111 гв. пдп   первыми высадятся в Баграме 7 июля 1979 года в  04.00.  Десантирование происходило ночью самолетами Ан-12, поднятых с военного аэродрома под  г. Фергана. Всех десантников 1 пдб переоденут в форму младших авиаспециалистов, с желтыми нашивками на погонах. Комбат по званию станет старшиной. Личного состава батальона – 326 человек. Батальон позднее войдет в состав 345 гв. пдп, в командование которым вступит полковник Ломакин В., а затем Герой Советского Союза подполковник В. Востротин (бывший командир 9 десантной роты).  Десантники 345 гв. пдп под командованием Валерия Востротина, нынешнего заместителя министра МЧС России, генерал-полковника, будут обеспечивать вывод из Афганистана 860 омсп в 1988 году. 

       Напротив десантного полка располагалась гора, по сути, скалы высотой метров 200, на которые частенько бегали десантники, тренировались. Но, иногда и сачковали, не все могли выдержать такую нагрузку, гоняли их хорошо.  Среди военных их прозвали «сачколазы», пограничников и мотострелков окрестили по цвету фуражек – «огурцы» и «помидоры». 

       Роты батальона радиотехнической разведки были разбросаны по разным точкам – Сарыташ, Мирза-Аки.  Кстати, самолет разведчик У-2, пилотируемый американским полковником Паурсом и затем сбитый над Свердловском, первыми засекли и передали информацию о  его полете пограничники Мирза-Акинской роты ошского батальона.

       Говоря о службе в 860 омсп, хотелось бы отметить тот прекрасный коллектив военнослужащих, который сложился в полку. Возможно, это высокие слова, но полк был как единый живой организм, с боевой и политической подготовкой, своими тревогами и заботами, своим личным составом, армейской дружбой, дружбой семьями. По истечении многих лет, вспоминая то далекое время, думаю, что оно было прекрасным, и, главное, мы были молоды.  Сейчас мы даже не знаем, кто живет в подъезде, у нас такого не было, все были всегда вместе, такова специфика тяжелой армейской службы. Даже часто и ужинать ходили друг к другу по очереди. Много не надо было – были макароны, была картошка, была дружба и взаимовыручка.

       На полигоне у нас было красивое озеро, его кто-то назвал офицерским, так в обиходе это и закрепилось. В субботу в городке стоял автобус, предназначенный для жен военнослужащих с детьми. Офицеры, прапорщики в него не садились – для нас, независимо от звания, бортовые машины. Исключение – командир полка, но он в свою машину не брал и жену. Выезжали на озеро, отдыхали, купались, загорали, повара готовили армейскую кашу, можно было за походным столом и  выпить – но служба святое, на следующий день все на службе, это закон, который никто не смел нарушить.   

       Хорошо работал женсовет в части. Жены офицеров и прапорщиков регулярно собирались на собрания, обсуждали проблемы полка, распределяли поступающие товары, это в то время уже было дефицитом. Перед ними регулярно выступало командование и  начальник политотдела.  Ждали приезда начальника политотдела 17 армейского корпуса полковника Дорцева Юрия Степановича. Таких политработников всегда не хватало в нашей армии. По прибытию в полк, Юрий Степанович старался всеми силами решить имеющиеся проблемы, встречался с руководством города, к нему можно было обратиться в любое время.  

       На праздники женсовет готовил определенные мероприятия, большой популярностью пользовался хор и танцевальный коллектив жен военнослужащих. С комбатом мы даже порой смеялись, что батальоном некому командовать, так как в хоре и танцевальном коллективе – все жены офицеров и прапорщиков танкового батальона, а офицеры дома с детьми. Но и детей стали водить в казармы, на мероприятия, это было наше будущее. И не случайно, из этих маленьких мальчишек, ходивших в казармы, затем выросли офицеры, некоторые у меня и учились в дальнейшем.

       Активными участниками   художественной самодеятельности были Лариса Джаяни, Лидия Моисеенко, Лариса Фридинская, Людмила Белашова,  Зоя Мищенко, Юлия Павленко, Ольга Бабийчук, Татьяна Лескина, Дуся Рытова, Лена Мельник, Наталья Чернова и многие другие.

       Из воспоминаний Ларисы Фридинской, супруги командира артиллерийского дивизиона 860-го омсп: «Наша жизнь, служба наших мужей в военном городке города Ош оставила неизгладимый след во всей последующей жизни. Полк у нас был как единая боевая семья, но, мы дружили как-то группами, по месту службы наших мужей – артиллеристы, танкисты, пехота. Поэтому, артиллеристы – мы с Ларисой Джаяни, а также Шевченко Лида, Гусарова Нина, Чешук Рая, танкисты - Золотарева, Белашова, Моисеенко, пехотинцы – Павленко, Рытова, Мельник.  На полковых же мероприятиях все вместе – общие собрания, участие в коллективе художественной самодеятельности.

       Лиде Шевченко, супруге командира батареи, довелось однажды посетить летний лагерь артиллеристов в Алайской долине.  До сих пор помню её рассказ о неописуемой красоте увиденного, Памир можно раз увидеть и на всю жизнь полюбить, его забыть невозможно.

       Наш город, наш полк, наши три семерки, наша дружба, прежде всего, служивших в 1975–80–х годах, тех, кто прошел этим памирским маршем, кто выезжал на эти бесконечные стрельбы артиллеристов, испытания пехотинцев  в Алае – это   осталось навсегда, на всю оставшуюся жизнь, просто, этого забыть нельзя. Быстро летит время, за это время мы во многом изменились, многое стирается из памяти, уже давно повзрослели дети, но память вновь и вновь возвращает нас в то прекрасное время, когда мы все были вместе, как единый, сплоченный боевой коллектив. Мы жили в солнечном городе, все  друг друга знали, в любой момент могли обратиться за поддержкой, помощью, местное население нас уважало. 

       К сожалению, наша жизнь в городе Ош, в любимом и дружном полку, разделилась на - ДО и ПОСЛЕ.  Беззаботная и радостная жизнь,  прекратилась для меня с 20 декабря 1979 года, когда по боевой тревоге проводила мужа в часть. Вот и началась наша жизнь после: в тревогах, бессонных ночах, ожидании весточек оттуда, как говорили, из-за речки.

       Я очень хорошо помню, как в последний раз в городок приехал Юра Кожевников, он посетил семьи артиллеристов с целью оказания помощи. Пришел к нам, высокий, красивый, ужасно застенчивый, спросил, не надо ли чем-то помочь – забить гвоздь, карниз повесить, полку прибить.  Как правило, все выходит из строя, когда отсутствуют мужья.

       А затем, вообще, начались просто черные дни, когда стали приходить известия о гибели наших близких и родных нам людей. Ребята выполняли воинский долг, приказ, погибали, было очень и очень тяжело. Помню, иду с работы, а на нашей улице вижу группу женщин, ноги подкашиваются, села, дальше идти не могла. И так каждый раз, одна только сверлит голову мысль – кто же теперь, кого постигло горе?

       Из артиллеристов первым погиб Юрий Кожевников, затем – Алексей Щербинин, были они такими молодыми, интересными, но пуля не выбирает.  Эта война нас еще сильнее сплотила, мы стали другими.

       Когда мужья воевали в Афганистане, мы собирались вместе, ждали каждую весточку.  Если  «груз 200», что это такое, знаем, молча приходили в семью погибшего, также ревели, а на следующий день старались помочь, чем могли. Приходили, несли все, чтобы помянуть, оставляли деньги и уходили. И, продолжали ждать тех, кто там воевал.

       У нас появилась другая забота – отправить, что-либо туда, в Афганистан. Все думали об этом, из дому несли все – варенья, закрутки-соленья и старались побольше, чтобы и солдатикам досталось. А мне пришла странная просьба от мужа – передать мой фирменный и так любимый им ореховый торт. Но это же не реально, торт в Афганистан, в кабине ЗИЛа – прокиснет, в кузове – замерзнет, но желание мужа – закон. Такова была у нас традиция. Торт благополучно добрался до места назначения. Кто пробовал, через Фридинского передавали слова благодарности. 

       В 2010 году Юрий специально полетел на встречу ветеранов 860 омсп в Москву, полетал из Греции, где мы живем в настоящее время, впечатления остались по сей день. Видимо, есть что вспомнить и нам, женам военнослужащих полка.  Были мы молодыми и красивыми, такими же и остались жены офицеров и прапорщиков нашего любимого полка, где прошла наша боевая юность вместе с нашими мужьями».

       Вместе отмечали праздники. Что интересно, по-моему, никогда деньгами не скидывались, а жены несли из дома все, что есть, накрывали столы, правда, решали только вопрос со спиртным, но это забота мужчин. Сентябрь, день танкистов, воскресенье, за столами в саду – офицеры и прапорщики танкового батальона, за исключением ответственных, здесь же и дети, нет пьяных, обязательно приедет поздравить командир.  Часто и Новый Год жены отмечали вместе с офицерами в солдатской казарме, приходили их чем-то порадовать, поздравить  за чашкой чая, так было принято. 

       В 1978 году, будучи заместителем командира танкового батальона по политической части, решили с активом батальона создать ансамбль художественной самодеятельности.  Танковый батальон разворачивался на базе танковой роты, личным составом комплектовался из всех частей Среднеазиатского Военного округа, были в батальоне грубые нарушения воинской дисциплины. Но, в процессе работы как-то постепенно все стабилизировалось, хотя и нарушений хватало. Что интересно, среди нарушителей воинской дисциплины оказалось много талантов, кто когда-то пел, кто-то играл на музыкальных инструментах. Договорились, привезли музыкальные инструменты, и танкисты дали концерт художественной самодеятельности. 

       На концерт пригласили командование полка, начальника политотдела корпуса, а также студенток Ошского пединститута. Удивительно, все прошло без происшествий, все были довольны,  только возникла другая проблема – директор дома культуры не отставал, просил дать наших солдат для выступления, для концерта. Шли на взаимные уступки. Танкисты стали ходить на танцы в клуб, который располагался рядом с танковым парком полка. Правда, и нам с комбатом майором Золотаревым Александром Ивановичем, приходилось частенько туда захаживать, контролируя наших солдат. Но в течение года ни одного нарушения в данном клубе со стороны военнослужащих не было.

       Во многом служба политработника в полку связывалась с политико-воспитательной работой, оценочную основу которой составляла воинская дисциплина. Если командира ругали за общее состояние дел в подразделении, то претензии к политработникам были более конкретными – состояние политико-воспитательной работы, воинская дисциплина, состояние ленинской комнаты, политическое информирование и политическая подготовка личного состава. 

       Не случайно, что на Военный Совет командир всегда убывал с начальником политотдела, и там их поднимали вместе. О тройке по политической подготовке не могло быть и речи. Командир и политработник в своей деятельности как бы дополняли друг друга. Видел, как иногда командир и политработник воюют друг с другом, но, за всю службу, у меня такого практически не было, если не считать отдельных принципиальных моментов. Но противоречия – они должны быть, без этого нет движения вперед.

       Говоря о политико-воспитательной работе, приведу один пример. С командиром батальона решили, что к воспитанию военнослужащих надо привлечь ветеранов Великой отечественной войны, желательно из числа танкистов. Вопрос был актуален, так как проблемам военно-патриотического воспитания молодежи на боевых традициях старшего поколения в то время уделялось большое внимание. Одно дело, когда о боевых подвигах фронтовиков рассказывает сам их участник, другое - молодой старший лейтенант, не нюхавший пороха. Сейчас это для нас понятно, потому что прошли Афганистан, знаем, что это такое, поэтому, участника боевых действий, его рассказ мы воспринимаем совершенно по-другому, чем не бывавшего там.

       Поехал в облвоенкомат, к начальнику политотдела Чехута Михаилу Степановичу, знал его хорошо со школы, кстати, благодаря ему стал офицером - политработником, в 1977 году он принимал у меня проверку по политической подготовке.  Нашли – старшина в отставке Грудинин Александр Иванович, кавалер орденов Отечественной войны 1-й степени, Красной Звезды, Славы 3-й степени, радист танка Т-34-85, инвалид 1 группы, на фронте потерял ногу, работает директором базы культтоваров, поехал к нему. Вначале Александр Иванович отказывался, мотивируя тем, что никогда не выступал перед солдатами. Затем задал неожиданный вопрос: «Старший лейтенант!  Вы слышали что-либо  о  танковом экипаже лейтенанта Оськина? Я служил в этом экипаже!» 

       Такого вопроса и утверждения не ожидал!  Это экипаж, который назвали «Укротителем королевских тигров!», он вошел во многие учебники, бой оброс многими легендами, часто о нем печатали в газетах, особенно на день танкистов. Знал и читал, но ведь там фамилия радиста – Грушин, в других – Глушин.  Позднее также напишу статью об этом, поэтому восстанавливать  эту историю легче.  Да,  в его фамилии произошла опечатка, в историю вошел под созвучной, но другой фамилией, эта ошибка не ликвидирована  по сей день.   Александр Иванович не ожидал такого ответа, только сказал: «Приятно, что слышал и знаешь, растрогал ты меня, давай выпьем коньячку!». За рюмкой коньяка продолжилась беседа, кстати, пил он не больше рюмки, это офицерский стандарт, норма, молодец  старшина!   

Информация к размышлению

       Тяжелый танк Т-VI B «Королевский тигр» был разработан в 1943 г. немецкой фирмой «Порше» и с 1944 года стал поступать в немецкие войска взамен танков «Тигр». Танк был вооружен 88-мм полуавтоматической пушкой, начальная скорость бронебойного подкалиберного снаряда 1000 м/сек, что обеспечивало пробивание брони толщиной 200 мм на расстоянии 1000 метров. Кроме мощной пушки, танк имел мощное бронирование, были предусмотрены вентилятор и система продувки канала ствола после выстрела. 

       Боевое испытание новых танков состоялось в августе 1944 г. на Сандамирском плацдарме, на участке 53-й гвардейской танковой бригады Героя Советского Союза полковника В.С. Архипова, впоследствии дважды Героя Советского Союза. Разведка бригады доложила, что в Шидлуве (на территории Польши) появились новые танки, все время слышан гул танковых моторов. В самой бригаде, после тяжелейших боев, оставалось не более 20 танков. По воспоминаниям  полковника В.С. Архипова: «У танкистов есть неофициальный термин «заигрывающий танк». Его задача – заставить вражеские танки развернуться так, чтобы они подставили борта под огневой удар главных сил обороны. Эту роль выполняла группа в составе двух средних и легкого танка под командованием зам. командира батальона ст. лейтенанта П.Т. Ивушкина. 

       Ближе всех к лощине стоял танк Т-34-85 мл. лейтенанта Оськина А.П., получившего приказ огонь не открывать. Остальные танки 53-й бригады были дальше.

        В 7.00 13 августа противник под прикрытием тумана пошел в атаку, при участии 14 «королевских тигров». Сыграли свою роль заигрывающие танки. Немецкие боевые машины, выходя из лощины, разворачивались в сторону засады, подставляя свои левые борта под пушки танкистов. Три танка сгорело, сжег их экипаж Оськина».

       Из воспоминаний старшины Грудинина Александра Ивановича, радиста танка Т- 34 – 85: «Мы стояли в лощине, вспомнить уже тяжело.  Танк замаскировали, прикрыли копной сена, все с напряжением ждали, так как знали, что появились какие-то необычные танки. Приказ – огонь не открывать, подпустить как можно ближе. Неожиданно из лощины появился первый танк, он буксовал, земля была с песком, но упорно полз вперед, громадина – страшная, вес танка, по-моему, под 70 тонн. До него было метров 250, но приказа стрелять нет, пушку тоже не разворачиваем, вдруг заметит.  Выползает еще, затем следующий, затем еще... Страшно, все покрылись потом, таких громадин не видели, было ощущение, что они нас раздавят своим весом. 

       Но, «подсадные танки», которые имитировали засаду, начали стрелять, в лоб эти «тигры» не взять, они стали разворачиваться в сторону стрелявших, до них не больше уже двухсот метров, подставили свои борта. Так по этим трем танкам мы расстреляли свой весь боекомплект.   Больше таких танков не видел никогда.  А что подбили, даже не знали, как они называются, снаряды у нас закончились.  Затем мы на этом «Королевском тигре» даже сфотографировались. В том бою сожгли более 20 танков, но билась вся бригада, артиллерия стреляла. Два или три танка затем наши вывезли, стоят теперь в Москве, на Кубинке.

       За тот бой нашему командиру присвоили звание Героя Советского Союза, сейчас Александр Петрович живет в Москве, полковник, переписываемся. Наводчик получил орден Ленина, а мы с механиком-водителем – ордена Отечественной войны 1 степени. Вот так мы и стали неожиданно укротителями королевских тигров. Почему их назвали королевскими, до сих пор не знаю».

       С большим интересом проходили встречи Александра Ивановича с танкистами батальона, более того, с ним по- настоящему подружились и мы, офицеры батальона. Дело в том, что уже в то время краски, книги, ватман были большим дефицитом, но, для танкистов батальона Александр Иванович их находил. Были у него в гостях, пару раз мылись в прекрасной баньке, сидели за столом, угощал нас пловом, прекрасной самодельной наливкой.  Но, и мы, со своей стороны, взяли шефство над ветераном: осенью 1978 года завезли домой уголь, разгрузили, помогли заготовить дрова на зиму, иногда и направляли солдат помочь ветерану.  Ему готовы были помогать все – ни разу солдаты не уходили без баньки, без чайка. 

        Большой неожиданность для ветерана явилось приглашение его на боевые стрельбы, предложение сделать выстрел осколочно-фугасным снарядом, правда, под присмотром командира танковой роты ст. лейтенанта Николая Уткина. Доходило до того, что Александр Иванович приезжал в батальон, беседовал с солдатами, особенно с нарушителями воинской дисциплины, наставлял их на путь истинный. В гостях у него были и многие солдаты – танкисты, которых Александр Иванович с супругой считали сынками, всегда готовы были истопить и баньку, и угостить вкусным чайком.

       Уже в конце ноября 1979 года, Александр  Иванович позвонит мне и скажет: «Николай, давно не виделись, если сможешь, заезжайте с ребятами, ждем Вас с бабкой (так он звал свою жену), но, увидеть больше Александра Ивановича Грудинина и его супругу не довелось, обстановка была тревожная, впереди был Афганистан. Вот такие прекрасные люди, как супруги Грудинины, жили у нас в солнечном городе Ош!

       1979-й год был в определенной степени тяжелым и для меня. Только в начале года был назначен пропагандистом полка, но, попал в госпиталь на операцию, которая прошла неудачно, выписали из него только 6 марта. Затем началось повторное лечение, так как рана кровоточила. В результате – было отменено поступление в Академию Внешней разведки, рекомендовал в которую начальник политотдела 17 ак полковник Дорцев Ю.С., прошел отбор и собеседования, предварительную медкомиссию, но, видимо не судьба. Так что военного разведчика из меня не получилось! Вообще, поступить в военную академию всегда не получалось – в 1978 году – слишком молодой, в 1979 – операция, в 1980 – вместо академии – госпиталь.

 

Итоговая проверка.  Впереди ---командир полка Картапов Анатолий Фёдорович

       860 омсп в середине 70-х годов командовал подполковник Картапов Анатолий Федорович, прекрасный, требовательный офицер, который имел кличку «БГ» - боевая готовность. Есть категория людей, которая любит армию и живет для армии. Таким и был. Кличку получил за то, что слишком сильно уделял внимание боевой и политической подготовке полка. Знаю, что был генералом, но, но дальнейшая судьба не известна.

       Политотдел возглавлял подполковник Барановский Иван Давыдович – добросовестный офицер, но с командиром полка было какое-то соперничество, за совместным столом сидели редко, хотя этим самым прекрасно дополняли друг друга. Начальник политотдела по всем вопросам имел свое мнение, мог поругаться с командиром, защищал своих политработников, часто с ним спорил.  Но, именно благодаря этому, складывался в полку коллектив, так как они в значительной степени дополняли друг друга. 

       В памяти остались самые прекрасные воспоминания о друзьях,  с кем начинал службу, кто поддерживал в трудную минуту, кто помогал становлению как офицера – полковник Дорцев Юрий Степанович, подполковник Картапов Анатолий Федорович, подполковник Барановский Иван Давыдович, майор Зимин Евгений Федорович, капитан Калмыков Виктор Иванович, ст. лейтенанты Косецкий Альберт Мичиславович, Сенотрусов Валерий Александрович, Рытов Анатолий, Павленко Валерий, ст. лейтенант Гаврилов Владимир (ВДВ), лейтенанты Башенов Сергей, Коробов Сергей, Цой Юрий и многие, многие другие. 

       В памяти – прекрасный коллектив офицеров и прапорщиков танкового батальона - майор Золотарев Александр Иванович, начальника штаба капитан Александр Моисеенко,  командиры  рот Николай Уткин, Николай Лапин, прапорщик Владимир Вовкуло, просто, не в состоянии перечислить всех.  Благодарен, с кем часто был в командировках, с кем выполнял отдельные задачи – начальнику артиллерии полка подполковнику Трухову Анатолию Васильевичу, командиру 3 МСБ капитану Арутюнян Артуш Татевосовичу,  зам. командира 1 МСБ по технической части капитану Никитину Валерию Николаевичу и многим  другим.

       Прошло много времени, но наша память  навсегда сохранила Ош, этот небольшой уголок в Ферганской долине, «Три семерки» -  прославленный 860-й отдельный мотострелковый Псковский Краснознаменный полк. В нем прошла наша юность в солдатских и офицерских погонах, закалилась и окрепла мужская дружба, боевое братство, где все делилось пополам – и радости, и горести, где мы стали единой боевой семьёй – нашим  полком.

       Когда писал эти строки, возникла мысль, чтобы однополчане вспомнили службу, написали одной строчкой – чем памятна служба в войсковой части 77701? Конечно, у многих воспоминания в одну строчку не поместились, приведу отдельные: 

Подполковник запаса Владимир Мельник, бывший командир 6 мср: «В памяти Ош – это прекрасный среднеазиатский город, со своим восточным базаром, часто вспоминаю его. Когда первый раз попал на рынок, то как-то сразу вспомнил фильм про Ходжу Насреддина. С большим удовольствием вспоминаю службу, друзей, остались самые теплые воспоминания о полку. А служба больше всего памятна в разведывательной роте. Жена Лена участвовала в полковом хоре, в памяти осталось многое».

       Полковник запаса Александр Джаяни, бывший начальник штаба артиллерийского дивизиона: «Прибыл в Ош после окончания училища в 1971 году, командиром полка в то время был подполковник Асланян, а начальником штаба Еременко. Встретили нас, молодых лейтенантов очень хорошо, распределили по подразделениям, представили каждого на совещании полка. Командование было строгое, но справедливое. Не могу сказать, чем конкретно памятна служба, скажу только одно – считаю, что мне повезло, что  начал службу в 860 омсп. 

       Лариса до сих пор помнит, как выступали жены офицеров и прапорщиков в театре, пели песню «О Днепро - Днепро», ими Барановский занимался. Надо Ларису Фридинскую спросить, я ей напишу. Помню, что явка была обязательной, после работы бегом домой, детей мужикам своим вручат, а сами на репетицию. Начальник политотдела подполковник Барановский И.Д. разрешал уходить со службы тем, у кого дети, а жены участвуют в художественной самодеятельности. Здорово и интересно было!»

       Майор запаса Игорь Мещеряков, бывший командир 2-го взвода 9 мср: «Город Ош навсегда остался в памяти, как и служба в нашем полку. Служба в трех семерках для меня памятна тем, что там прошло становление как офицера. У нас была крепкая дружба, формировались необходимые профессиональные навыки, приобретался жизненный опыт, именно в полку сформировался замечательный, единый  коллектив, мы были как одно целое. Вот без этого я бы не состоялся как офицер. До настоящего времени, с какой-то ностальгией и трепетом вспоминаем родной Ош, часть, где прошла наша юность,  пролетело прекрасное время. Это в памяти навсегда!».

       Подполковник запаса Владислав Савин, бывший зам. начальника политотдела: «Самым ярким воспоминанием ныне, спустя почти полвека, есть моё прибытие и знакомство с жизнью полка. Прибыл в полк  в сентябре 1976 года для дальнейшего прохождения службы. После утомительного перелёта из Фрунзе в Ош, под вечер добрался до полка,  где меня сразу разместили в полковой гостинице, возле КПП 2-го военного городка. Вечером со службы пришёл мой сосед по комнате, познакомились. Им оказался ст. л-т Косилов Александр Иванович - командир 1 МСБ, который прибыл также к новому месту службы несколькими днями ранее. 

       Утром, одевшись в парадную форму, представился ком. полка п-ку Картапову А.Ф. После выслушивания короткого доклада о себе, он вкратце познакомил меня с историей и повседневной жизнью полка. Одновременно сообщил, что начальник политотдела подполковник Барановский И.Д. находится в отпуске. 

       Подполковник Картапов А.Ф. поинтересовался, как я разместился в гостинице, предложил мне для быстрейшего моего становления в должности и вхождения в жизнь полка, рано утром, на следующий день, выехать вместе с ним в горный лагерь, где на выходе была артиллерия полка, он как раз собрался проверить ход занятий у них. Я согласился, т.к. семьи со мной ещё не было. 

       От службы в полку остались самые приятные воспоминания. А служба памятна тем, что в полку сложился замечательный коллектив, который отличался простотой взаимоотношений между сослуживцами (офицерами и прапорщиками), отсутствием здесь двойных стандартов и каких либо непоняток».

       Ст. сержант запаса Сергей Селиверстов, бывший старшина 2 гаубичной батареи: «Служба в г. Ош, нашем полку в памяти осталась на всю оставшуюся жизнь. И в настоящее время с большой ностальгией вспоминается то время нашей юности. Конечно, не все было идеально, были и неуставные взаимоотношения, но,  полк был дружной и сплоченной боевой семьей.  

       Служба в Оше началась 7 мая, когда нас после учебного подразделения в пгт. Отар направили в войсковую часть 77701, в артиллерийский дивизион. Первый ужин в столовой части, многое не привычно. Случайно пролил немного чая на тарелку с сахаром, так один из увольняющихся, по-солдатски «дембелей», начал орать: «Иди, рожай новый сахар!» Другой военнослужащий, не помню, как его звали, сразу его остановил: «Хватит орать! Тебе завтра домой, а он только прибыл».

       За короткий промежуток времени мы освоились с обстановкой.  В первую ночь  по приезду в часть приходит Саша Гангало, смотрит на нас, спящих новых сержантов – меня и Лунёва Виктора, и спрашивает: «Кто такие, почему погоны черные, а не красные. К утру, чтобы были в красных!».

       Так я и Виктор Лунёв начали службу во 2-й гаубичной батарее, командиром которой был ст. лейтенант Зубачев А.Б., ст. офицер батареи лейтенант Таранец В.Н., а наводчиком мне дали разжалованного из сержантов Сашу Гангало. В дивизионе было много ребят из разных регионов СССР: Москвы, Казахстана, Псковской области и других.

       Сам город Ош показался для меня лично очень гостеприимным. В увольнение мы ходили на местный базар, а если времени хватало, то и в кино. Отношение к нам было доброжелательным, с населением жили мирно, никто и никогда на нас не жаловался.

       В конце июня в полк стали приходить молодые офицеры, выпускники военных училищ. Первым к нам прибыл лейтенант Кожевников Ю.А., его представил личному составу артдивизиона командир полка подполковник Кудлай В.С., назначили временно в нашу батарею.  Лейтенант Кожевников Ю. попросил меня помочь ему оформить столовую для молодых офицеров, сказав при этом, что если поможешь – то он останется в артдивизионе, в минометную батарею идти не хотел. Сделали, оформили столовую, Юрия назначили командиром 2-го взвода 2-й гаубичной батареи, к этому времени я был старшиной батареи, военнослужащие были моложе меня на целых полгода, так как формировали батареи по призывам.

       Незаметно наступила осень, вышел очередной приказ Министра обороны, по солдатской терминологии мы стали «черпаками». Но для этого надо было провести ритуал посвящения. Мне прислали из дома небольшую посылку, там было и спиртное, чтобы не разбилось – в грелочке. Зашли в ленинскую комнату, там нас двенадцатью ударами по заднему месту перевели  в «черпали», выпили содержимое грелки и разошлись спать.

       Саше Гангало вздумалось петь песни. Неожиданно в ленинскую комнату зашел командир дивизиона капитан Фридинский Ю.М. Нюхал, нюхал, ничего не понял, почему так весь кубрик пахнет апельсинами.  Просто горилка в грелочке была апельсиновая, повезло, не попались. Уволились очередные «дембеля», а мы продолжали служить. Стали усиленно готовить технику, сняли ее с консервации. Но была большая недостача запасных частей, которые в спешном порядке доставили самолетом. Получили 6 новых Зилов – 131 на дивизион, говорили, что готовимся к учениям, поедем на Памир. Уже в декабре Юрий Кожевников сказал мне, что пойдем в Афганистан. А что такое Афганистан, никто толком и не знал».

 

       Майор запаса Владимир Полич, бывший старшина роты связи, прапорщик: «Написать одной фразой никак не получается, слишком много накопилось на сердце. Ведь у меня свой, осознанный путь, от рядового  до офицера, прошел все должности. Толчком в выборе профессии офицера послужила служба в 860-м омсп. Пройдя Афганистан, вместе со всеми испытав все трудности, твердо решил стать офицером, поступив в Новосибирское высшее военно-политическое общевойсковое училище, которым по праву горжусь, это было лучшее военно-учебное заведение Советского Союза. После окончания училища в 1985 году, как и у всех офицеров, были другие части и гарнизоны.

       Службу вновь проходил в КСАВО, а в 1990 году был снова в городе Ош. Но, это был уже не наш, такой родной и добрый город. Город горел, на улицах – блок-посты, бетонные перекрытия. Мы были в составе сил, приданных МВД Кыргызстана и выполняли совершенно другие задачи, как все изменилось. В личном деле после этого появилась запись -  «Служба в районах массовых антиобщественных проявлений, массовых беспорядков», год службы – за полтора, как и было у нас в КСАВО. После службе в Киргизии перевелся в свой родной Днепропетровск. В памяти как-то часто всплывает два таких разных города Ош.

       Армейская служба в солнечной Ферганской долине, в г. Ош, в предгорьях сурового и контрастного Памира, куда мы часто выезжали и который в декабре 1979 года покорили, стали лучшими , незабываемыми  годами в моей жизни .  Летят годы, в наши годы это чувствуется особо, летят они слишком быстро и незаметно, уходят из нашего армейского боевого строя ветераны, но в памяти всё чаще и чаще всплывает то время, когда мы служили в нашей войсковой части 77701, были молодыми и озорными. Там прошла наша юность, проходило наше становление, там мы познали цену дружбы, боевого братства, став единой армейской семьей.

       Все эти годы меня не покидала и не покидает мысль встретиться с однополчанами, с теми, с кем служил, с кем прошел тяжелейшим Памирским маршем. В 2010 году была первая попытка собрать участников ввода полка, участников Памирского марша. Выступление генерала Арутюняна Артуша Татевосовича, бывшего командира нашего полка,  вернуло нас в те незабываемые дни. Нам было о чем поговорить, что вспомнить, ведь мы в то суровое время  стояли плечом к плечу, выполняя воинский долг, вместе жили в одном городке, дружили, были единой семьей, мерзли на горных перевалах, нам не хватало там воздуха, а при движении к Файзабаду делили кусок хлеба пополам. Этого просто забыть нельзя, это осталось в памяти навсегда.

       В Москве в 2011 году проведена встреча ветеранов 860 омсп, где встречались ветераны разных периодов службы. Но, где-то в глубине души, по-прежнему вынашиваю мысль собрать однополчан – участников Памирского марша 1979-80 гг. Ош – Хорог – Файзабад, тех, кто прошел суровый Памир».

       Подполковник запаса Сергей Беликов, бывший командир 6 мср:  «В город Ош для прохождения дальнейшей службы прибыл в конце 1977 года из г. Рыбачье. Волевым решением подполковника Вьютнова, был определен командиром взвода в разведывательную роту, которой командовал ст. лейтенант Власенко Н. Что интересно, это осталось в памяти надолго – меня, лейтенанта, направили в Ошский облисполком с целью выступления по состоянию дел на нашем оперативном направлении, дислокации войск на китайской стороне. Начальник штаба полка майор Архангородский В.Л. позволил мне ознакомиться с соответствующими документами, предоставил карту дислокации частей, разрешил все это взять с собой, при этом дал вооруженную охрану, так как документы были секретные. Выступил достойно и сейчас горжусь этим.

       В разведывательной роте боевая подготовка была поставлена отлично. Солдаты могли стрелять на равнине и в горной местности с  левой и правой руки. Зам. командира полка майор Арутюнян А.Т. сказал, что все равно отлично Вам не поставлю. Заставил дважды перестреливать, все равно оценка отлично, но поставил по своему – хорошо.

       На итоговой проверке, которую проводил штаб корпуса, председатель комиссии – начальник отдела боевой подготовки штаба корпуса подполковник Вильчанский Н. сказал мне и лейтенанту Моргунову В., что показ мишеней Вам сокращаю от норматива на 5 секунд, и стрелять по всем целям будете в противогазе. Рота получила оценку – отлично. За стреляющими шел майор Арутюнян А.Т. и подполковник Барановский И.Д., который взял противогаз у Моргунова В. И., также выполнял упражнение, но, получил только тройку, в противогазе чуть не задохнулся и в полученной тройке обвинил хозяина противогаза.

       Запомнились учения в Отаре, меня назначили командиром взвода охраны Боевого Знамени, ехал на учения в отдельном купе. На учениях направили к Первому заместителю Командующего войсками округа генерал-лейтенанту Павлову. Получил боевую задачу – взять любого с собой офицера, объехать всех чабанов и под роспись довести, что идут учения, на полигоне будет производиться бомбометание, чтобы никого не было. Взял с собой лейтенанта Шамиля Идрисова, задачу выполнили, письменно доложил. Затем состоялся облет на вертолетах, проверили, после этого начались учения.

       В полку мне особо запомнился коллектив полка, особенно офицерский. Командование организованно проводило Новый год и другие мероприятия, остались самые приятные воспоминания.  Майор Архангородский В.Л., начальник штаба полка, заезжал ко мне на свадьбу, а сам я на свадьбу чуть не опоздал, выезжал на Памир, в район Иркештама. Он же поможет мне и с жильем, позднее, даст рекомендацию для вступления в партию. Первым с назначением на должность командира мотострелковой роты меня поздравит майор Арутюнян А.Т.

       Прекрасный город Ош, Ферганская долина, рай на земле. Горы весной бесподобны, Алайская долина – не тронутая людьми земля. Я очень рад и горжусь, что мне довелось служить в таком полку и жить в таком городе».

       Майор запаса Шамиль Идрисов, бывший командир 3 мсв 6 мср: «Город Ош и наш полк оставил у каждого из нас свой отпечаток  в жизни. Для меня – это семья, жена и дочь, прежде всего, была и дружная армейская семья – наш полк. В полку сложился хороший воинский коллектив, сложился со своими традициями, обычаями, понятиями чести и достоинства. Во 2-м мсб, где проходил службу, было много отличных офицеров, с которыми и сейчас поддерживаем тесные контакты, встречались с Сергеем Беликовым, Володей Ивановым, есть что вспомнить, о чем поговорить. 

       В Афганистане у меня часто была ностальгия по городу Ош, так как там осталась жена, маленькая дочурка. В часы боевого дежурства на горе Джалгар, часто вспоминал о них, оставшихся в далеком, солнечном городе Ош, в который всем сердцем старался попасть. Служба в 860 омсп и жизнь в г. Ош оставили след в жизни на всю оставшуюся жизнь».

       Полковник запаса Валерий Колесников, бывший командир 2 мср: «Возможно, в чем-то буду не прав, но, по-моему, мы тогда были немного другими – у нас не было понятия каких-то тряпок, мебели, а  больше было понятий дружбы, взаимовыручки, чести. К тому же, мы были молодыми, так же бегали на свидания, что говорить, все было, но было и интересное время. Молодым лейтенантам все время не хватало денег, все занимали, но, был полк, в котором мы находили поддержку даже в том, что, зная эту проблему, кормили наших лейтенантов в нашей солдатской столовой.

       Дружба была прекрасной – были вечера, была картошка, макароны, дружили целыми семьями, но утром…, положено первый выстрел на полигоне в 8.00 – попробуй, не дай его! Служба стояла на первом месте. Прошло уже много времени, вижу на фото родные ошские казармы, штаб полка, в душе какая-то ностальгия по этому времени.

       Судьба так распорядилась, что служил в полку, а затем – был рядом с полком. Дело в том, что Гульчинский отдельный пулеметно-артиллерийский батальон, куда был назначен начальником штаба, формировался на базе ошского полка, наших трех семерок. А затем, мы также выезжали на Памир, многие ушли также в Афганистан, у каждого из нас была своя дорога.

       Город Ош, его улицы, наш полк – войсковая часть 77701, оставили след на сердце на всю оставшуюся жизнь. Сейчас пролетело много времени, мы поседели, но память вновь и вновь возвращает нас в то далекое, трудное, но счастливое время, когда мы выполняли свой воинский долг по защите южных рубежей Родины».

 

Строевой смотр. Ош, май 1976 года.

Слева направо; командиры: 2 мср - ст. лейтенант Колесников В., 3 мср - ст. лейтенант Азимбаев Н., 4 мср - ст. лейтенант Рытов А., 5 мср - ст. лейтенант Сенотрусов В., зам.по политчасти 5 мср лейтенант Белашов Н., командир 7 мср лейтенант Горбатов В., начальник штаба мсб капитан Токторалиев В.

3. Испытания Памиром

       860 омсп – полк прикрытия государственной границы, предназначен для боевых действий на Памире, в Алайской долине (высота 3600 метров), на китайском направлении. В полку все время шла интенсивная боевая подготовка. Полк стал инициатором марш-бросков на 10, 15, 25 км. Впереди – командир полка. Так же, как и десантники, на полигон – марш-бросок 12 км, обратно – тоже. Это уже была специфика полка. На полигон на машинах никто не ездил. Марш броски давались тяжело, особенно молодым солдатам, самое главное – на финиш надо было прийти в полном составе. Часто офицеры забирали у отстающих автоматы и тянули бойцов на себе, жалоб не было.

       Полк имел двойной штат. На базе полка после его ухода формировалась горная кавалерийская часть, поэтому в полку служили, как их в шутку называли, 7 капитанов, несколько прапорщиков – конно-вьючное депо. Командир - капитан Ревенко Н., депо имело склады, где были сосредоточены седла для лошадей, 82 мм минометы (можно перевозить на лошадях), 76 мм горные пушки и т.д. К полку было приписано порядка 1000 лошадей. Эти склады были сосредоточены в 11 военном городке. Интересно было слышать  от них, что пора организовывать работу по заготовке сена (для лошадей), а по сути, это были военные мобилизационные работники. 

       Боевая и политическая подготовка шли в целом без срывов. Все стрельбы, вождение боевых машин начиналось с офицерского состава. Однако, по истечение времени, оценивая состояние боевой подготовки, следует сказать, что в ней были и существенные пробелы, которые не могли не сказаться на ходе боевых действий в Афганистане. Давайте проанализируем. Полк предназначен для ведения боевых действий в условиях горно-пустынной местности, а все занятия практически проходили на равнинной местности, это уже говорило о многом.

       Сказать проще – войска готовились к боевым действиям шаблонно, по единым уставам и наставлениям, что сохранилось и по сегодняшний день. Опыт боевых действий в горах не изучался, да его практически не было, а особенности боевых действий с басмачеством мы просто игнорировали. Наставление по горной подготовке было в определенной степени забыто. Часто думалось, если мы так будем разворачиваться перед атакой, как требуют наши уставы,  нас постреляют, как куропаток. Специфика полка практически не учитывалась.

       Средством передвижения мотострелков являлись БТР 60 ПБ, которые по горным дорогам двигались с большим трудом, при подъеме на высоту двигатели перегревались. Крупнокалиберный пулемет Владимирова (КПВТ) почему-то часто заедал, на устранение недостатков требовалось время, а в боевой обстановке – это существенный фактор. Кроме этого, пулемет имел небольшой угол подъема, что затрудняло его применение в горах –экипаж безоружен перед противником, занявшим господствующие высоты, вылезти не возможно. Английская винтовка БУР пробивает бронетранспортер, имеющий два автомобильных двигателя. Знали ли наши конструкторы об этом?

       Служба на Памире всегда была тяжелой, даже крайне тяжелой. Только за то, что там служили, особенно пограничники, надо было награждать орденами и медалями, это вполне серьезно, ведь заставы были и на высотах свыше 5000 метров. У пограничников в качестве техники – лошади, значит, «горно-копытные» войска.  Пишу об этом потому, что в определенной степени хочу показать сложность службы на Памире, чтобы сказать большое спасибо всем, кто это вынес.

       860-й  омсп в свое время был горным полком, был предназначен для боевых действий в горах Памира, но, стал мотострелковым, этого делать было нельзя, видимо, Великая Отечественная война ничему не научила, многое забылось, особенно боевые действия на Кавказе. Тогда немецкая дивизия «Эдельвейс» сдерживала несколько наших дивизий и ничего с ней сделать не могли. А ведь опыт покорения Памира войсковыми частями у нас был, но, все держалось под грифом «секретно», только для кого?

       Впервые испытания на выживаемость военнослужащих на Памире было проведены еще в августе 1936 года, когда на Пик Ленина решили сделать восхождение в составе целой сводной роты  (70 человек) Средне-Азиатского военного округа под командованием капитана Ф. Мезевич.  Сводной ротой назвали только потому, что собрали в нее военнослужащих местной национальности из разных подразделений.   Инструкторов подобрали с Кавказа, которые Памира до этого не видели. Решили показать, что Красная Армия  - всех сильней, поэтому, было решено привлечь журналистов для освещения данного перехода в печати.

       Акклиматизацию проводили в Алайской долине, на высоте 3600 метров. Покорение Пика Ленина было назначено на середину августа, все военнослужащие были разбиты на группы под руководством инструкторов. Военнослужащие совершают восхождение со штатным оружием, достигают высоты 5800 метров. Хотелось бы обратить внимание, что в сводной роте – красноармейцы местной национальности, более привычные к горам, чем россияне. Но, на этой высоте начались заболевания, началась горная болезнь, четверых надо спускать вниз.

       Снег, холод, восхождение отменяется. Под снежной лавиной погибает военнослужащий, у многих красноармейцев начинается горная болезнь – тошнота, идет кровь, организм слабеет, неадекватное восприятие обстановки, многие не могут идти, клонит в сон. Хорошо, что военнослужащие не имели боеприпасов, ведь в результате горной болезни поведение неадекватное, человек перестает что-либо нормально соображать.  Куда двигаться – разобраться невозможно, все занесено снегом, некоторых приходится стаскивать на себе. Организм не мог выдержать климата Памира, но, тогда все списали на … непогоду, если была бы она хорошей, тогда бы поднялись. Но на Памире она никогда хорошей не бывает, меняется по часам.

       Какие были сделаны выводы из первого восхождения на Памир в составе сводной роты? Практически, никаких. Почему-то наше военное руководство считало, что в горах Кавказа и Памира воевать никогда не придется! Красная Армия будет только наступать, воевать будем на чужой территории. К сожалению, и опыт войны в  Финляндии ничему не научил,  почему-то у нас всё держится на авось, небось,  да как-нибудь! 

       Перед началом Великой Отечественной войны в РККА было 19 горнострелковых и 4-горнокаваллерийских  дивизий, но, особого значения им не придавалось, ведение боевых действий в горах наше высшее  руководство считало маловероятным, а комплектоваться они должны были  из уроженцев Кавказа и Средней Азии. Битва за Кавказ показала, что обойтись без горных войск невозможно! 

       После окончания Великой Отечественной войны, на Памире возобновились испытания  личного состава и боевой техники. Впервые в августе-сентябре 1953 года проведены испытания военной техники 38-м НИИ МО СССР.

       В соответствии с директивой Генерального штаба научно-исследовательским институтом бронетанковой техники были проведены испытания отечественной бронетанковой техники (БТТ) при эксплуатации ее в высокогорных условиях в районе Памирского тракта на участке от г. Ош до п. Мургаб. Об этих сверхсекретных испытаниях впервые в печати поведал ведущий научный сотрудник 38-го НИИ МО полковник в отставке Ефремов А.П. в статье «Танки штурмуют Памир» («Независимое военное обозрение», 24 июня 2005 г.). Замечу сразу, что это только половина пути по Восточному Памирскому тракту, испытатели пройдут не 11, как мы, а четыре перевала: Чигирчик - 2406 м, Талдык - 3650 м, Кызыл-Арт - 4320 м, Ак-Байтал - 4655 м. Предлагалось даже в свое время перевал Ак-Байтал («Белая лошадь») переименовать в пик Танкистов, но этого сделано не было.

Испытания на Памире. 1953 год.

       Испытания проводились в августе-сентябре 1953 года, в более благоприятных условиях, чем при движении нашего полка зимой, специально подготовленными профессионалами высокого класса, испытателями боевой техники, да и привлекаемой техники были единицы. 

       Интересны выводы комиссии по этим испытаниям, которые приводит автор в статье: «На высоте 4 тыс. м по сравнению с высотой в тысячу метров дизельные двигатели снижали мощность на 23%, а бензиновые на 40-50%. Соответственно уменьшались максимальные скорости, и увеличивалось время и путь разгона машин. Расходы топлива на марше превышали нормы, установленные приказом МО СССР 1953 года для танков на 31-37%, для БТР на 16-45%. С увеличением высоты уменьшается максимальный угол подъема, преодолеваемый машинами. На высоте 4 тыс. м по сравнению с высотой в тысячу метров угол подъема сократился для танков на 6-8 градусов, для остальных образцов на 11-13%. Во всех случаях он был ниже предельного подъема, определяемого тактико-техническими характеристиками (ТТХ). 

       На высоте свыше 3 тыс. м боеспособность понижается, что проявляется в нарушении точности и превышении скорости вождения танка, в нарушении точности наводки орудия, в замедленном темпе заряжания. В результате 10-15-дневной акклиматизации на высоте 3200 м отмечается сдвиг в сторону восстановления боеспособности. На высоте 4 тыс. м ее восстановление менее значительное. При действиях войск на высотах 3-4 тыс. 655 м необходимо производить отбор экипажей и их 10-15-дневную акклиматизацию на этих высотах».

       В качестве рекомендаций НИИ Генерального штаба ВС СССР, в статье Александра Павловича Ефремова, приводятся следующие: «В целях максимально возможного сохранения боеспособности и предупреждения проявлений понижений следует: предоставлять кратковременный отдых механикам-водителям перед преодолением трудного участка пути и во время привала; в некоторых случаях отдельным членам экипажа по назначению врача выдавать стимуляторы работы головного мозга». 

       Давайте задумаемся над выводами испытательной комиссии Генерального штаба, и самым главным - при действиях войск на высотах 3-4 тыс. 655 м необходимо производить отбор экипажей и их 10-15-дневную акклиматизацию на этих высотах. Без акклиматизации личного состава на высоте более 3000 метров, такой марш осуществить не возможно, тем более в составе мотострелкового полка. Следующий парадоксальный вывод – техника и вооружение мотострелковых подразделений не в полной мере «приспособлены»  к ведению боевых действий в горах. Кстати, БМП-1 прозвали в войсках «братская могила пехоты», уже в ходе афганской войны пришлось в нее вносить конструктивные изменения.

       Самый главный вывод медицинской комиссии – россияне медленно адаптируются к условиям высокогорья. Необходима акклиматизация личного состава на высотах свыше 3000 метров в течение не менее 15 дней, оптимальный период акклиматизации – один месяц. В качестве рекомендаций – производить индивидуальный отбор военнослужащих в части, предназначенные для ведения боевых действий в условиях Памира. Отбор желательно производить из числа лиц, проживающих в аналогичной местности.

       О сложности горной подготовки говорит такой факт, что из 200 разведчиков 100-й отдельной разведывательной роты и 1 роты 345 гв. пдп (внештатная разведка), при восхождении на вершину "Урожайная" высотой 4100 метров смогли подняться только 17 человек. В 1976 г. 100–я отдельная разведывательная рота покорила ранее безымянную вершину высотой 4664 м, дав ей название Пик ВДВ. Штурмом этих вершин занимались самые элитные подразделения Воздушно-десантных войск!

       В  марте-апреле  1976 г., на базе 2 мсб 860 омсп (командир батальона майор Зимин Е.Ф.) в Алайской долине, за поселком Сарыташ, военно-медицинской академией им. С.М. Кирова совместно с институтом военной формы одежды (никогда не думал, что есть подобный институт) проводились испытания новых образцов военной формы одежды.   Это название, на самом деле испытания на выживаемость – сколько может выдержать военнослужащий на высоте примерно 3600 метров. Испытывали от солдата до комбата всех включительно. Ночью тревога, марш бросок несколько километров, затем в противогазах и общевойсковом защитном комплекте, стрельба, возвращение, днем сон - снова подъем, тревога…. Здесь офицеры уже не отличались от солдат, так как нагрузка была одинаковой, а ответственности значительно больше.

Слева направо:  Командир взвода л-нт Хорошев С. , старшина 4 мср прапорщик Юлдашев Т. , командир батальона капитан  Азимбаев Б. , командир 5 мср ст. лейтенант Сенотрусов В, старшина 6 мср  ст. прапорщик Титов Н. , командир 4 мср ст. л - нт Рытов А. , командир 6 мср ст. лейтенант Мельник В. , заместитель командира 2 мсб по политчасти капитан  Калмыков В.И.

       Испытывали и форму одежды – одевали на тело различные датчики, и выбрасывали солдата или офицера, например в снег – сколько в данной форме одежды он выдержит, до точки замерзания. Так испытывали форму одежды для летчиков, моряков, в общем – для всех, в условиях Памира, испытывали пехотинцы 860 омсп. 

       Дело в том, что горы труднопроходимы, температура меняется постоянно в течение суток, бешеные холодные ветры, частые осадки, все это требует для войск специального обмундирования и снаряжения. Основное требование к форме одежды – удобство, форма не должна стеснять военнослужащего, быть мягкой, крепкой, в то же время теплой, способной предохранять от холода и простудных заболеваний, не промокать. К сожалению, наша форма одежды этим требованиям не удовлетворяла. 

       Во что была одета наша армия? Солдатская шинель, так же, как и офицерская,  совершенно не приспособлена для боевых действий, тяжела, прекрасно промокает, в горах только обуза. Обмундирование также не приспособлено к горам, быстро намокает, протирается, боеприпасы класть некуда, для гор оно не пригодно. Сапоги, особенно яловые, кто их только придумал, набухают, ноги мерзнут, скользят.

       Смотрел фильм о войне на Кавказе в 1942 году, обмундирование немецкой армии, особенно горных частей,  в то время было в десятки раз лучше, чем наше в восьмидесятых годах.  Оно было спроектировано с учетом специфических требований для боевых действий в горах.  Ведь многое у них можно было бы перенять. У нас даже не было нормальных спальных мешков, за всю службу в армии их не видел. Всегда наши солдаты и офицеры спали, на чем попало, в лучшем случае, на матрасах, которые очень хорошо горели, их не потушить, быстро промокали, сбивались, требовали много места для транспортировки.  Видел трофейные  американские армейские спальные мешки, можно позавидовать их солдатам.  Где-то остались кожаные израильские армейские ботинки, носил их лет пять, целые, можно носить еще столько, там везде вшиты стальные пластины.

       В целом, эти недостатки по форме одежды можно описывать и описывать, проще – спросить простого солдата, кто эту форму таскает, а также офицера, и они все скажут, выскажут все недостатки. Но, испытывали, до точки замерзания…

       Говоря о медицинском обследовании личного состава в горах, о готовности личного состава к ведению боевых действий, следовало бы отметить ряд моментов. 

       Дело в том, что человеческий организм приспособлен к нормальной жизнедеятельности при атмосферном давлении 760 мм ртутного столба, это стандарт. Вместе с тем, организм способен приспосабливаться  к изменениям атмосферного давления, но для этого требуется акклиматизация в течение определенного периода времени, но эта приспособляемость имеет определенные ограничения, и в среднем распространяется до понижения давления до 40%, что соответствует высоте примерно до 3500 метров.

        Уже на высоте 3500 метров, атмосферное давление снижается с 760 до 480 мм, соответственно давление кислорода в мм со 160 до 100, а насыщение крови кислородом со 100 до 93%. Необходимого количества кислорода не поступает, что не обеспечивает в полном объеме  жизнедеятельность организма.

       Медицинскими исследованиями было установлено, что обеспечение жизненных функций человека возможно только до высоты в 3500 метров, при дальнейшем увеличении высоты человеческий организм получает кислорода все меньше и меньше, организму требуется дополнительный кислород. Начинается на высоте кислородное голодание, но, оно начинает ощущаться не сразу. Поэтому, при попадании на высоту, какой-то промежуток времени солдат чувствует себя нормально, затем начинается горная болезнь. Об этом свидетельствуют результаты десантирования 111-го пдп в Алае в 1967 году, а также в предгорье Пика Ленина на высоту 5800 метров в 1968.

       С каждым метром высоты самочувствие человека начинает ухудшаться, появляются головные боли, апатия, тошнота. Опасно в руках оружие – человек может совершить преступления, ничего об этом не думая. Кроме того, любой выстрел на такой высоте – это сход снежных лавин, это конец. Поэтому, в боях на Кавказе в 1942 году, когда воевали альпинисты, наши альпинисты разговаривали с немецкими, хотя были врагами, вспоминая восхождения, зная, что стрелять нельзя, это конец всем.

       У каждого своя высота, один может подняться на высоту более 5000 метров, другой не выдерживает и 3500 метров. Особенно это характерно для жителей равнин, прежде всего, россиян. Помощь здесь одна – требуется дополнительно кислород, или спуск вниз. А кислород в войсковой части – только в санчасти, но где ползет эта санчасть при марше на Памире, никому не известно.

       Человеческий организм может вынести и большие высоты, для этого проводится акклиматизация личного состава, смысл которой заключается в том, что организм начинается приспосабливаться к высоте, поднимаясь все выше и выше. На каждой высоте вверх организм должен адаптироваться, приспособиться, а для этого необходимо время. Таким образом, в организме человека создаются условия для более эффективного усвоения кислорода из окружающего воздуха. Организм местных жителей приспособился к этой высоте, адаптировался, наш нет, здесь возникают трудности при ведении боевых действий в горах.

2 мсб на медицинских испытаниях.

       Если не будет акклиматизации, то восхождение на горные перевалы резко скажется на организме человека. Только акклиматизация способствует подъему на более высокие высоты. Значительные затруднение при восхождении на перевалы вызывают климатические условия: мороз, ветер, пронизывающий до костей, резкая смена температур, от + 5,  до минус 30 ночью. Особенность – человек не понимает, что он замерзает, организм на высоте значительно ослаблен. Однако, перед  прохождением памирского марша времени на акклиматизацию не было, она не проводилась, хотя должны были преодолевать высоты свыше 4200 – 4600 метров.

       Из воспоминаний подполковника запаса Владислава Савина, бывшего зам. начальника политотдела: «После многочасовой езды по горному серпантину, тело одеревенело, ноги затекли. А невдалеке от машины военные с голым торсом играли в футбол. Захотелось размяться, и, получив разрешение командира полка подполковника Картапова А. Ф., выскочил из машины и бегом направился к футболистам. Пробежав с пару десятков метров, вдруг обмяк, ноги стали ватными и непослушными,  без сил опустился на землю. Пришёл в себя от того, что кто-то вылил на голову с полведра воды. Оказывается, сказался разреженный в высокогорье воздух. 

       Для акклиматизации командир принял решение оставить меня в лагере на несколько дней, а сам позже уехал в полк. Шефство надо мной взял проводивший выход - если я не ошибаюсь (ведь столько лет прошло!) – заместитель командира полка майор Арутюнян Артуш Татевосович, прекрасный и знающий офицер, весёлый и неунывающий человек». 

       Из воспоминаний подполковника запаса Владимира Мельник, бывшего командира 6 МСР: «Медицинские испытания проводились  2 раза, в марте и июне-августе 1976 года.

       Первый раз выехали 19 марта 1976 года, утром рано. Помню, в Оше шел дождь, а когда подъехали к перевалу  Чийирчик,  там шёл снег, снега было уже сантиметров 30. Сказывалась  разница высот. Когда перевалили за перевал, там была настоящая зима, температура за минус 20 градусов, а ведь здесь от Оша недалеко. Далее был перевал Талдык  со  многими серпантинами и высота 3615 метров над уровнем моря. После обеда прибыли  в посёлок Сары-Таш, а затем проследовали    в направлении пограничного Иркештама, там – советско-китайская граница. Остановились  на каком-то полевом стане, в каких-то одноэтажных зданиях. Пробыли там несколько дней. Мне запомнилось, что  бегали ежедневно марш – броски, медики давали нагрузки солдатам, брали  кровь на анализ и т.д. Помню, что одному из солдат стало плохо на высоте и его отправили в Ош. Медики были  из Ленинградской Военно-Медицинской Академии. Часто проводились стрельбы из личного  оружия, каждый стрелял из автомата, тогда у нас были ещё  7,62 мм АКМ.

       Очередной раз уже поехали в середине июня, полностью с техникой. Тогда  полк был  ещё на БТР – 60 ПБ.   Командирами рот были ст. лейтенанты Анатолий Рытов, Валерий Сенотрусов и я, начальником штаба батальона  ст. лейтенант Н. Нурбаев. Утром рано колонной батальона  выдвинулись  в район Сары-Таша. 

       В это  время на Памире находились на полевых сборах  артиллерия полка, полевой лагерь находился в примерно в  10 километрах от Сары-Таш,  в направлении Иркештама.  Когда стали подъезжать к полевому лагерю,  подул сильный  ветер и пошёл дождь,  а  ночью выпал небольшой снег, это-то в июне месяце. Но горы есть горы. На утро вышло солнце, снег растаял,  а днём опять наступило лето.          

       Где-то неделю привыкали к горам, а дальше всё наладилось. Занимались боевой  подготовкой, тактикой подготовка, огневая, вождение. И каждый день  медики  проводили осмотры  всего личного состава батальона, проверяли пульс, опять же – анализ  крови, у медиков  было много  разной аппаратуры,  в общем,  следили за состоянием   солдат в горной местности.

       Ещё  помню,   что одно отделение с моей роты  возил на перевал Кызыл-Арт,  высота 4280 метров, и там опять же медики  давали нагрузку солдатам  на высоте  и проверяли их состояние. Я, например, сам не ощущал  сильной слабости,   но единственно,  когда  бегали, немного было тяжеловато. Проверял своё давление -  было в норме.   И  все  эти  эксперименты  проводились в течение двух месяцев. В августе  провели артиллерийские стрельбы  и  батальонные тактические учения  и в  середине августа  были уже в Оше.  Дана была большая закалка для действий в горных условиях.

       А получается, что уже в то время  проверяли  нас, как  мы будем действовать  в горных условиях. Как-никак,  полк был предназначен для действий  в горных условиях  для прикрытия Государственной границы».

       Всё вышеизложенное лишь свидетельствует о сложности горной подготовки, адаптации организма, не каждый может такие высоты выдержать. Эти факты только подчеркивают то мужество и героизм, которое проявили солдаты и офицеры 860 ОМСП при покорении Памира.  Если внимательно проанализировать все эти документы, то совершить марш через восточный Памир в составе мотострелкового полка за четверо суток невозможно, это утопия! Но, вопреки расчетам, полком марш был совершен.  

       В связи с обострением военно-политической обстановки с Китаем, постоянными провокациями на границе, в 1976 году в п. Гульча разворачивается 86-й отдельный пулеметно-артиллерийский батальон (опулаб), который напрямую подчинялся 17 армейскому корпусу, а в оперативном отношении 860 ОМСП.  Первым командиром батальона был назначен капитан Валерий Дякин. 

       Из воспоминаний Валерий Колесникова, бывшего начальника штаба  86-го отдельного пулемётно-артиллерийского батальона: «В 1976 году было принято решение вышестоящего командования о создании воинской части – 86 опулаб в населенном пункте Гульча (Алайский район, Ошской области) с задачей прикрытия государственной границы СССР на китайском направлении. Вместе с командиром войсковой части 77701 подполковником Картаповым А.Ф. мы выехали в Гульчу для выбора места расположения батальона. Место выбирали долго, остановились на более приемлемом участке – на окраине поселка Гульча.   С этого момента началось строительство части. Стали прибывать техника, личный состав. Сначала жили в палатках – занимались строительством городка: казарма, штаб, автопарк. Жилье – сборнощитовые домики. Прибывала техника, личный состав, в 1977 году – был уже полнокровный батальон, укомплектованный техникой и личным составом. Шло строительство, но одновременно занимались и боевой подготовкой. 

       86-й опулаб был самостоятельной боевой единицей, основная задача – прикрытие госграницы Иркештам – Нура, т.е. прохода в Алайскую долину. С батальоном постоянно проводились учения с выходом в район сосредоточения. В районе обороны – Иркештам, Нура были оборудованы огневые точки. Ротные учения мы проводил самостоятельно, а вот батальонные – штаб 17 армейского корпуса, так как мы подчинялись им.

       Офицерский состав в батальон назначался в основном из числа офицеров 860 ОМСП. Из 860 ОМСП служить в батальон перешли заместитель командира батальона по политчасти ст. лейтенант Владимир Лукашевич, секретарем парткома капитан Николай Кузнецов, замом по технической части стал ст. лейтенант Владимир Логинов.  Таких батальонов по организационному составу в КСАВО было два – наш и второй на Нарынском направлении, аналогичные батальоны имелись на  Дальнем Востоке, на китайском направлении. 

       Батальон имел три пулеметные роты, роту огнеметных танков, минометную батарею и специальные подразделения.   Личного состава в батальоне насчитывалось порядка 500 человек. На вооружении   батальона были  пулеметы «Утес», АГС – 17, огнеметные танки ТО-55, 120 мм, а также минометы «Василек». Батальон был предназначен для боевых действий на Памире, на китайском направлении, с большими массами пехоты, но только для прикрытия другого прохода в Алайской долине – в направлении п. Нура. Аналогично 860 ОМСП, личный состав выходил на прикрытие границы, все вопросы решались в оперативном взаимодействии. Более того, многие офицеры батальона, ушли вместе с 860 ОМСП в Афганистан для выполнения воинского интернационального долга». 

       Сам начальник штаба 86-го опулаба капитан Валерий Колесников пройдет Афганистан в должности командира батальона, получит ранения, но снова вернется в строй. За боевые подвиги на афганской земле будет награжден орденами Красного Знамени и «За службу Родине в Вооруженных Силах» III степени, к слову сказать, это бывший командир 2 МСР, знаменосец 860 ОМСП. 

       В целях акклиматизации, а также адаптации к боевым условиям в горах, ежегодно, зимой и летом проводились артиллерийские полковые выезды на Памир, где артиллерия полка проводила стрельбы в составе дивизиона, а также стреляли минометные батареи мотострелковых батальонов.

       Из воспоминаний полковника запаса Александра Джаяни, бывшего начальника штаба артиллерийского дивизиона: «Дважды в год, летом и зимой, в полку проводились боевые стрельбы, в Алайскую долину (Памир) выезжала вся артиллерия полка, в том числе и батальонная. В 1976 году начальником артиллерии полка был подполковник Шевчук Владимир Яковлевич, прекрасный человек, грамотный артиллерист. Артиллерийским дивизионом командовал капитан Михаил Агейцев. На вооружении в дивизионе были три батареи 122 мм гаубиц М-30, в каждой батарее по 6 орудий. Помощником начальника артиллерии служил капитан Геннадий Краснов. Стрельбы проводил начальник артиллерии полка, батареями в то время командовали ст. лейтенанты Фридинский Юрий, Шевченко и Гусаров Владимиры.

       Батальонная артиллерия стреляла прямой наводкой по движущимся и не движущимся целям. Обязательно стреляли все офицеры – с закрытой огневой позиции, расстояние от 6 до 9 километров. Проводились и ночные стрельбы.

       Взвод управления начальника артиллерии полка под командованием старшего лейтенанта Романа Хабирова всегда выдвигался в район целей, имитировал их вспышкой. Цели засекались наблюдателями, готовились данные. И когда взвод имитации передавал по связи, что они в безопасном месте, данные по целям передавались на огневую позицию. Стрельбу начинали по команде, с пристрелкой и корректировкой огня.

       Следует отметить, что артиллерия полка на Памире была постоянно, здесь всегда проходили учения и стрельбы. Еще в 1971 году артиллерия полка прошла от 3-й пограничной заставы на Иркештаме до Суфи-Кургана, по маршруту Великого шелкового пути, на лошадях, при этом в переходе были задействованы 76-мм горные пушки, 82-мм минометы, 120-мм минометы, сопровождали артиллерию охотники из Сарыташ. После этого перехода, который продолжался неделю, на высоте 3500 – 4300 метров, в мотострелковых батальонах вместо минометных взводов 82-мм минометов были созданы батареи 120-мм минометов.

       Командиром полка в это время служил подполковник Асланян Н., начальником штаба майор Еременко, а командирами батарей были Климов, Пономаренко, старшиной Василий Дрыга. За переходом лично наблюдал Командующий КСАВО генерал-армии Лященко Н.Г. Не обошлось и без происшествий – в пропасть упала лошадь с вьюком, но проявил мужество старшина, спасший в этой ситуации солдата, за что был награжден именными часами от Командующего».

       Вообще, стрельбы артиллерии полка – незабываемое зрелище. Весной 1977 года присутствовал на этих стрельбах, одновременно при боевых стрельбах отрабатывались все нормативы.

       Находимся на возвышенности, в качестве проверяющих – начальник артиллерии 17 ак, командир полка. Никто в команды не вмешивается. Выдвигается  артиллерия, огневая мощь полка. Страшная белизна снега, режет глаза, на солнце сверкают снежные вершины, высота – более 3600 метров, видимость – километры, до самой китайской границы, светит солнце.  И тут команда, начинается отработка нормативов – дивизион разворачивается, слышатся доклады о готовности к открытию огня. Через какой-то промежуток времени, без биноклей, на расстоянии нескольких километров видны разрывы, и тут же доклады о поражении целей.  Незабываемое зрелище – на белых снежных склонах черные разрывы, сходит снег.

       Из воспоминаний Юрия Фридинского, бывшего командира артиллерийской батареи, в Афганистане командира артдивизиона: «Артиллерия полка дважды выезжала в год на боевые стрельбы в п. Сарыташ, зимой и летом по 30 дней. На этих артиллерийских стрельбах принимались зачетные боевые стрельбы у офицеров и сержантов, учения проводились с боевой стрельбой каждой батареей.

       Проводилось управление огнем артиллерийского дивизиона. Венцом же всего лагерного сбора было управление огнем с боевой стрельбой всей артиллерии полка, которое проводил командир полка вместе с начальником артиллерии 17 ак.

       Сложность этих стрельб заключалась в том, что проводились они на высоте 3500 – 4000 метров над уровнем моря. Приходилось вводить дополнительные поправки с учетом высокогорья. Вообще, первую неделю всегда проводилась акклиматизация личного состава, так как тяжело было передвигаться, не все солдаты были на Памире. Зимой было сильно холодно, снежный покров достигал 60-70 см. большие сложности были и в совершении марша.

       Обычно, за неделю до выезда основного личного состава, выезжали группы для установки палаточного лагеря, чтобы к приезду основного личного состава лагерь был готов, военнослужащие могли ночевать в палатках и тепле. Начальником лагерного сбора был начальник артиллерии полка.

Наш лагерь в Алайской долине. Слева "за углом" Китай. Коммент. Сергей Трофимов , служба 1975 - 77 г.г.

       Дорога проходила по горным перевалам, марш совершался медленно и с предельным вниманием и осторожностью. Ведь приходилось на Памир тянуть всю артиллерию полка, а наша техника к Памиру не приспособлена, у водителей не было достаточного опыта в преодолении памирских перевалов и совершения марша на такой высоте».

       Из воспоминаний майора запаса Владимира Полич, бывшего командира отделения роты связи, сержанта: «В г. Ош прибыл 6 ноября 1976 года после окончания учебного подразделения в пгт Гвардейский, Джамбульской области. В полку был назначен на должность командира отделения – начальника радиостанции КШМ–Р– 125МТ-2. За плечами был техникум по схожей специальности, поэтому, проблем по связи особых не было. Служба началась с постоянных выездов в командировки в целях обеспечения связью, прежде всего, командира полка. 

       Никогда не забуду свой первый выезд, когда селевым потоком снесло значительную часть города  Кызыл-Кия, а полк бросили для ликвидации последствий этого стихийного бедствия. В этом бешеном селевом потоке несло машины, животных, людей и всякий хлам. Как обычно, подняли по тревоге, мы были переданы в распоряжение местных властей. Связь была нарушена, но, была армия, которая пришла на помощь, а через нашу машину поддерживали связь с руководством области при ликвидации последствий этого наводнения.

       Каждый год в полку проводились летние и зимние стрельбы артиллерии.  Так уж повелось, что традиционно с артиллерией выезжал экипаж нашей командно-штабной машины. Радиостанция, установленная на машине, в то время считалась одной из самых современных для данного вида связи. Машина имела коротковолновую радиостанцию Р-130, УКВ Р-123, 105-ю радиостанцию и другие. В КШМ были предусмотрены кунг, коммутатор, откуда велись переговоры. В суровых условиях Памира КШМ обеспечивала довольно устойчивую связь как с командиром 860 омсп, так и со штабом 17 армейского корпуса («Полярник»), а также штабом округа («Дикция»).

       В комплекте радиостанции имелась и аппаратура ЗАС, все переговоры по 130 шифровались. В экипаж радиостанции старались подобрать наиболее подготовленных специалистов.

       Особенно мне запомнился первый выезд на Памир летом 1977 года. Хотя КШМ была и прекрасная радиостанция, в горах Памира, в поселке Сарыташ,  могло возникнуть много непредвиденных ситуаций. Памир есть Памир, это слишком суровые горы. Это ощущение возникало сразу же при выезде из  г. Ош. Темными, черными, неприступными нам казались памирские скалы, на которых практически отсутствовала растительность, слишком высокие и затяжные перевалы. Казалось, поднимаешься на высоту, которой нет конца, а горы все выше и выше, внизу – машины как спичечный коробок и еще меньше, дорога – узкая змейка, страшно, особенно в первый раз. Поэтому,  Памир сразу показался нам таким грозным и непреодолимым.

       По прибытии в Сарыташ («желтый камень») задача нашей радиостанции была обеспечить связь начальника артиллерии подполковника Шевчук В.Я. с командованием полка, однако эта задача была не такой уж и простой. Дело в том, что начальник артиллерии считал связистов бездельниками, которые ничего не делают, поэтому, любой сбой сеанса связи был чреват своими последствиями, прежде всего «Яма», как мы называли гауптвахту, была обеспечена. И это действительно была яма, которую приспособили под гауптвахту. И если связи не было, в трубке было бульканье, мы строем следовали на гауптвахту, в «Яму». В процессе активно участвовал жесткий, как мы считали, начальник штаба артдивизиона капитан Джаяни Александр. Сейчас он у меня в друзьях в Интернете, и порой со смехом и грустью вспоминаем наши «арестантские годы».

       Что интересно, в целях быстрейшей акклиматизации личного состава к высоте, в полку, в условиях Памира, проводились и различного рода спортивные мероприятия. Там были установлены спортивные снаряды, перекладины, играли в футбол, волейбол, командование это поощряло. Осталась от этого времени у меня только фотография молодого сержанта Полич на перекладине. Конечно, времени прошло много, теперь мне на нее так не выбраться, но, тогда энергии и закалки у нас было много, все было по плечу. Сейчас смотрю на это фото, а в памяти – ностальгия по прошлому времени, по нашей части, городу Ош, нашей молодости. А жизнь проходит, время летит, оно соткано из  мгновений, которые так слишком быстро проносятся, «свистят они как пули у виска – мгновения…».

       В 1978 году в нашу роту прибыла еще одна командно-штабная машина Р-142, также на базе Газ-66, но уже более совершенная. На ней были установлены радиостанции для связи с авиацией, дополнительная специальная аппаратура. Командиром машины был назначен Виктор Гаранин, а водителем стал рядовой Хаджимуратов Н..   Однако судьба слишком жестоко распорядилась с экипажем данной машины. При очередном выезде, в горах Памира, машина переворачивается. В качестве старшего в машине находился командир радио взвода лейтенант Николай Клименко, грамотный, требовательный, принципиальный офицер. Он был перспективным офицером, считали его будущим командиром роты связи, пользовался всеобщим уважением личного состава.

 Командир радиовзвода   Клименко Николай. Погиб на Памире в 1977 году.

       В результате этой аварии командир взвода лейтенант Клименко Николай погиб. Секретную аппаратуру тогда мы собирали среди камней, она была окровавлена. Водитель машины рядовой Хаджимуратов Н., узнав, что командир погиб, пытался в госпитале с собой покончить, рвал на себе бинты, но, врачам удалось его спасти. Столько уже прошло времени, но гибель лейтенанта Николая Клименко и сегодня у меня перед глазами, видимо, этого просто забыть нельзя, в памяти это осталось навсегда. Остались в памяти и его похороны, так как родителей у него не было, а хоронили его молодого, красивого дед и баба, которые и воспитали его настоящим человеком, офицером.

       Перед вводом полка в Афганистан, по просьбе и по необходимости, принял должность старшины роты связи. Впереди был Афганистан…».

Информация к размышлению

       Китай высказывал претензии на значительную часть советской территории. Руководству в Москве стало ясно, что против СССР образовался второй стратегический фронт наряду с противостоянием НАТО в Европе. Особенно тревожной ситуация стала после 1977 года, когда в КНР к руководству вернулся Дэн Сяопин. КНР начала под руководством коммунистов решительные рыночные экономические реформы и модернизацию, одновременно установив фактический военно-политический союз с США против СССР.

       Нарушения со стороны авиации Китая были многочисленными, что, к сожалению, невозможно документально подтвердить или опровергнуть. Вдоль границы постоянно летали китайские истребители J-2 (MиГ-15), J-5 (МиГ-17), J-6 (МиГ-19) и др. Часто они проникали в воздушное пространство Советского Союза, правда, на небольшую глубину, опасаясь возмездия. Чуть позже вдоль границ СССР стали летать и стратегические бомбардировщики Н-6 (Ту-16) ВВС Китая с ядерным оружием на борту. Все эти самолеты, кроме J-2, были китайского производства, построенные по советским лицензиям. Последнее обстоятельство существенно облегчало борьбу с ними, т. к. были известны как достоинства, так и недостатки этих машин.

       Часто нарушали нашу границу и китайские вертолеты. Это были вполне надежные Z-4 (лицензионные Ми - 4), с которых на советской территории иногда высаживались разведывательные и диверсионные группы.

        Есть свидетельства, что некоторые машины не возвращались из этих рейдов. Производился и массовый запуск аэростатов, в основном - агитационных, разбрасывавших листовки с “бессмертными изречениями Великого кормчего” типа: “Ветер с Востока одолеет ветер с Запада”. Но зафиксированы и факты использования шаров для ведения биологической войны: на них доставлялись насекомые - разносчики инфекции. 

       Приведу выдержку из публикации Владимира Воронова «Китайский дракон с русскими зубами» (Профиль, 23.03. 2009): «Наши инженеры помогли Китаю освоить выпуск автоматов АК-47 (получивших обозначение «тип 56»), самозарядных карабинов Симонова СКС-45, пулеметов, самолетов, зенитных ракет, бронетехники. После разрыва отношений с Москвой образцы советского оружия добывались без затей — их просто воровали, потроша эшелоны с военной техникой, шедшие через Китай в воюющий Вьетнам. Ряд образцов трофейного советского оружия был получен китайцами, видимо, из Израиля. Эксперты уверены в том, что образцы, послужившие основой для создания китайских копий советской противотанковой управляемой ракеты (ПТУР) «Малютка» и переносного зенитного ракетного комплекса (ПЗРК) 9К32М «Стрела-2М», приплыли в Пекин именно с Ближнего Востока. ПТУР «Малютка» и поныне выпускается под маркировкой HJ-73 («Хунцзян-73», «Красная стрела») — без лицензии. «Стрела-2М» производилась и в большом количестве шла на экспорт как HN-5 («Хунну-5», «Красная вишня»). Китайцы также заполучили в одной из арабских стран и ПЗРК 9К310 «Игла-1», скопировали и наладил и выпуск ПЗРК «Цзянвэй» («Авангард»).

       Систему залпового огня БМ-21 «Град» китайцы, по одной из версий, захватили во Вьетнаме во время войны 1979 года, за два года изучили и скопировали, наладив выпуск и экспорт под маркировкой «тип 81». Во время боев на Даманском китайцы смогли подбить и утащить на свою сторону новейший советский танк Т-62, выпустив его потом под маркировкой WZ-122... Ныне Китай производит практически весь спектр советско-российского вооружения.

       А наши военные регулярно сталкивались в бою с китайскими клонами родного оружия. В 1969-м так было на Даманском. Потом был Афганистан: когда захватывали душманские склады, они просто ломились от китайских «калашей» и крупнокалиберных пулеметов».

       В 70-х годах Советский Союз стал проявлять большую гибкость в отношении пограничных проблем. На границе стало спокойнее. Однако сближение КНР с США, восстановление китайско-американских отношений и их антисоветская направленность привели к тому, что переговоры не были завершены. В 1979 г. Китай отказался от продления советско-китайского договора, заключенного 30 годами раньше, стал более настойчив в вопросах спорных участков. КНР выдвинула Советскому Союзу требования сократить численность войск вдоль советско-китайской границы до уровня 1964 г., вывести войска из МНР, прекратить помощь Вьетнаму. В 1979  году разразился вьетнамо-китайский конфликт. Затем китайцы потребовали вывести советские войска из Афганистана, сделав это условием продолжения переговоров о границе.

       Со второй половине 1977 года полк стал получать  новое вооружение, началась его  реорганизация. Устаревшие БТРы 60 ПБ, которые очень тяжело шли по Памиру, были заменены на БМП-1. БМП – хорошие машины, но оказались практически не приспособленными для ведения боевых действий в горах. Они имели 73 мм пушку, спаренную с пулеметом,  ПТУРС – но эта пушка не могла стрелять в горах, так как имела малый угол подъема, вылезти из машины было сверху нельзя, стреляют, топливные баки внутри, машина прекрасно горела. Экипаж оказывался совершенно безоружным и беззащитным. Поэтому, прозвали эти машины братскими могилами пехоты. Боевые действия в Афганистане внесут конструктивные изменения в данные машины. Даже солдаты вместо ПТУРСов в Афганистане будут самостоятельно устанавливать пулеметы.

       Личный состав вооружили новыми автоматами – АК-74. Не знаю почему, но мне АКМы нравились больше, они имели и большую пробивную способность. Вместо танковой роты, имевшей на вооружении 16 танков, был создан танковый батальон – 48 танков – Т-54Б, Т-55, а также 6 учебно-боевых танков на полигоне. В полку появился артиллерийский дивизион – 122 мм гаубиц, реактивная батарея «Град» - 36 ствольные установки. Раньше в мотострелковых батальонах были минометные взвода 82 мм минометов, теперь стали минометные батареи, имеющие на вооружении 120 мм минометы. 

…        С офицерами-десантниками были очень хорошие отношения, с некоторыми вместе учился, дружил с курсантских лет, холостяками-лейтенантами мы всегда питались в их офицерской столовой. В мае 1979 г., мой друг ст. лейтенант Владимир Гаврилов, зам. командира парашютно-десантного батальона по политчасти, в училище с ним учились в одной роте, случайно встретив меня, сказал: «Николай, ждем с Людмилой в гости, ничего не знаю, никаких отговорок!». Служили рядом, жили – на расстоянии 200 метров друг от друга, в одной столовой питались – но не виделись месяцами, командировки, учения, боевая готовность. Гала после окончания экономического факультета Новосибирского университета работала в Ошском пединституте преподавателем.  

       Володя с Галой встретили нас … в пустой квартире. На полу лежало два матраса, армейские синие одеяла, больше практически ничего не было. Меня это сразу поразило. И на вопрос: «Володя, что это значит?», смысл ответа заключался в том, что полк подлежит расформированию, их переводят в пехоту. Да, в пехоту. Но с десантников тяжело было снять тельняшки, голубые береты.  Десантники уже ходили в общевойсковой форме, но в тельняшках, голубые береты держали в запасе, общевойсковые эмблемы не хотели носить.  Некоторые в знак протеста ходили без фуражек. Вообще, у меня сложилось впечатление, что это фанатики, любящие свою форму, в общем – это «Войска Дяди Васи».  Из достоверных источников было известно, что кое-кто из старших офицеров, в том числе и командир 111 гв. пдп,  побывал в Афганистане, для чего – неизвестно. 

       Но, основная причина расформирования, как об этом говорили офицеры,  создание десантно-штурмовых бригад. Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев пообещал президенту США Дж.  Картеру, во время переговоров по ОСВ-2, вывести из ГДР 20 тысяч военнослужащих. Вывести можно и больше, но туда надо поставить наиболее боеспособные части. Поэтому, выведут из Германии часть войск, а туда войдут наиболее подготовленные – Войска Дяди Васи.  Поэтому, что будет дальше – пока не известно. Такие были разговоры были среди офицеров, но подтверждений этому в документах не нашел, да и не смог бы найти из-за секретности.…  Но, действительно, на базе 111 пдп была сформирована 35 гвардейская отдельная десантно-штурмовая бригада ГСВГ. Бригада формировалась в  г. Котбус. Основой бригады стали два батальона Ошского полка и один сборный батальон 76 вдд.

       Поэтому, ввиду расформирования, Володя с Галой решили все продать, продать многое за бесценок, а на эти деньги съездить покупаться в Черном море, что и было сделано. Это дело мы обмыли, к вещам относились в то время совершенно спокойно. 

       С Володей Гавриловым мы увидимся еще раз. Не помню даты, но где-то часа в три ночи, в дверь раздался неожиданный звонок. Это не тревога, по тревоге посыльные слишком топают сапогами по подъезду, кто звонит - не понятно.  Открываю дверь – Володя с Галой, и сразу неожиданный вопрос, который может задать только Володя: «Коля, где Людмила?». Жена уже выходила, теперь уже вопрос к ней: «Люда, лак для ногтей есть? Мы с Галой идем мимо, Гала решила покрасить ногти!». Что скажешь в ответ, если человек в это время решил покрасить ногти?! Это же Володя!  

Владимир Гаврилов и Николай  Белашов в курсантские годы.

       Жена с Галой ушли в спальню, мы – на балкон, соответственно – с рюмками, у Володи была бутылка коньяка. Жены вернулись, Володя с улыбкой сказал: «Давайте, ребята, на посошок, по 50 грамм коньяку, чувствую, увидимся не скоро, да и увидимся ли, время покажет, будем жить! За ВДВ и пехоту!», «Будем жить, пехота!», «Будем жить, ВДВ!».

       Действительно, обстановка была какая-то предгрозовая – Китай воюет с Вьетнамом,   в Иране – революция, американцы – в Персидском заливе, на границе тоже не очень спокойно. В такой ситуации ВДВ всегда было в готовности к выполнению боевых задач. Не отсиживался и наш полк. Всем нутром чувствовали, что в этом году уйдем, было предположение – Афганистан, туда уже летали из 111  пдп, но о нем в прессе много не писали. 

       К ноябрю 1979 года десантники из городка исчезли, как по тревоге, больше с Володей и Галой мы не увиделись. 

       Целый десантный полк незаметно исчез. Напоследок десантники одели береты, тельняшки и…исчезли. Расположение десантного полка занял наш 860 отдельный мотострелковый полк. Помещение, казармы были хорошие, но везде остался десантный дух – всю наглядную агитацию надо было переделывать, ленинские комнаты, клуб переоборудовать… Наглядная агитация была не плохой, но везде ВДВ. Так что работы для пропагандиста полка было много. Но, мы даже и предугадать не могли, что вслед за десантным полком уйдут пограничники, уйдём и мы, и никакую наглядную агитацию переделывать не надо. Впереди нас всех ждал Афганистан, ждала афганская война.

 

Николай Белашов - бывший пропагандист 860 ОМСП

                                                                                                             
 
 
 
 
 

 

 
 
 
 

 

 

ВНИМАНИЕ !
КОММЕНТАРИИ НА САЙТЕ МОГУТ ОСТАВЛЯТЬ ТОЛЬКО ЗАРЕГИСТРИРОВАН НЫЕ ПОЛЬЗОВАТЕЛИ !

Новости сайта

9 МАЯ --- ДЕНЬ ПОБЕДЫ ! С ПРАЗДНИКОМ , ДРУЗЬЯ!

Когда опять подходят даты эти.
Я почему-то чувствую вину -
Все меньше вспоминают о Победе,
Все больше забывают про войну.

Никто из нас за это не в ответе.
И сам с собой веду я разговор:
Так много было войн на белом свете,
Так много лет уже прошло с тех пор.

Война еще исчезнуть не готова.
Те годы - миллионы личных драм.
А потому, давайте вспомним снова
Всех тех, кто подарил Победу нам !!!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Память афганской войны...

 СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ ПОГИБШИМ ОДНОПОЛЧАНАМ 860 ОМСП !


 

 

 

Мы помним подвиг Ваш немалый                                                                                  

Уходит время сквозь песок

Поднимем же друзья бокалы ,                                                             

За Пацанов !!!  За Командиров !!!                                                                                        

За ваш ПАМИРСКИЙ МАРШ бросок!!!

 
Юрий Свиридов.
Старшина разведроты 860 омсп. 1976 -78 г.г.